Невидимая черта

В коридоре тем временем снова возобновилась та суета и толкотня, которая была здесь до перерыва на обед. Мимо человека сидящего на стуле несколько раз прошел мужчина среднего возраста с папками в руках. Проходя в третий раз, он остановился перед сидящим человеком и спросил:

– У Вас была назначена встреча со следователем Ибрагимом Ахмедовичем?

– Нет, – ответил сидящий. Но у меня к нему важное дело, касающееся трагедии случившейся на фабрике. Я свидетель. Хочу дать показания.

Мужчина достал мобильный телефон и набрал чей-то номер, но на том конце не ответили.

Он немного подумал и предложил сидящему пройти к нему в кабинет и написать заявление на имя начальника Следственного отдела, которое он зарегистрирует в его присутствии, снимет копию и отдаст ему. Оригинал будет передан лично следователю Ибрагиму Ахмедовичу. Человек согласился.

Заявление содержало следующую информацию:

«Я, Субботин Михаил Юрьевич, рабочий с фабрики принадлежащей Азизе Маметовне. В день трагедии Азиза М. вместе со своей дочерью Лолой и их гостями приехала на фабрику.

Поначалу мы все, работники фабрики, выстроились и приветствовали прибывших. Затем все отправились на свои рабочие места, а с гостями остался лишь один управляющий. Я работаю непосредственно в цехе, но когда мне приходится выбрасывать упаковочную тару из-под сырья, я выхожу во двор и складирую ее в специально отведенном месте. Так было и в тот день. В цехе работают машины и там очень шумно. Не слышно даже рядом стоящего человека, когда же я вышел во двор до меня отчетливо донесся чей-то крик. Положив тару, я направился туда, где мне казалось, находится тот, кто кричал. Как я и предполагал, это было возле платформы, точнее люди находились на платформе. Я узнал в них Лолу дочь хозяйки, как я уже говорил, и ее двоюродную сестру Наргизу. Лола, похоже, сорвалась с края строения, но ей удалось зацепиться за первый лист, а Наргиза пыталась ей помочь подняться. Мне показалось, что она протягивала ей свои ноги, чтобы та за них ухватилась. Я побежал к ним на помощь. Подбегая ближе, я поднял глаза и увидел, – Наргиза пытаясь спасти свою сестру, не удержалась и полетела вниз. Когда я увидел, что Наргиза разбилась на смерть, то побоялся рассказать всем, что являюсь свидетелем произошедшего. Побоялся, что меня могут упрекнуть за самонадеянность, за то, что никого не позвал. Я просто думал, что успею помочь, а на то чтобы звать кого-то, времени не было. Совесть меня грызет, и я пришел все рассказать.