Райская птица в сетях Баобаба

Смешно?

Марина выдавила улыбку. Но Борзунов продолжил, не давая шанса на раздумья:

– Слушай, а поедем ко мне. Я тут апартаменты на время скачек снял, помощник уверял, что лучшие. Стоят бешеных денег, а на деле – дрянь. У меня в охотничьем домике обстановка богаче.

– Это там, где золотой унитаз? – хмыкнула Марина, в уме просчитывая предложение. Вроде бы то, что хотела. Уйти с людских глаз. Но интуиция сигнализировала всеми красными оттенками: опасность! Опасность!

– Откуда знаешь? – искренне удивился Борзунов.

 – Я его совсем недавно установил и про это никому.

– Ты по молодости, когда напивался, всегда по столу кулаком стучал и орал, что металлургический король должен срать на золотом унитазе. Вот я и подумала, раз ты весь в шоколаде, значит, обязательно утро проводишь, ублажая себя в золотом сортире.

Борзунов смутился, но тут же раскатисто заржал, напоминая ухоженного коня:

– Шуточка грубовата, но попала не в бровь, а в глаз. Как в старые добрые времена. Эх, как же я соскучился по приятельскому общению.

Все меня с утра до вечера лижут-лижут, подчиненные, друзья. А в глазах ненависть и страх. Пойдем ко мне, а то у этих англичан только амбиции большие, а порции маленькие. И смотри, что подают. Рыбка пресная, вымоченная, мелкая, а вокруг вензеля шоколадные разрисованы. Кто ест рыбу с шоколадом?

– Это высокая кухня, для красоты, – пояснила Марина. – Кто тебя заставляет шоколад есть? Ешь рыбу.

– Да знаю. За лопуха меня не держи. Насмотрелся уже всякого и привык.

Но настоящая красота у меня в номере. Миска черной икры, копченая лосятина и запотевшая, как слеза, водочка. И хлеб русский. Ты когда настоящий хлеб ела, а не полезные опилки?

Марина задумалась. Русский хлеб. Да она забыла даже, как он пахнет. А ведь могла выписывать каждый день. Но всё не до того. Бизнес, конкуренты, расчеты, напряжение и контроль. И хлеб – это же мучное, вредно для фигуры. Но дело, конечно, было не в этом. На что она тратит жизнь? Вот главный вопрос. И есть ли у нее жизнь? Так, гасим эмоции, а то на их фоне даже наглая морда Борзунова кажется понятной и родной.

Пожалуй, придется соглашаться. Тем более что это был ее план – перенести беседу в закрытое пространство.

– А пойдем, – махнув бесшабашно рукой, Марина подозвала официанта. Но Борзунов опередил, достав банковскую карту, и строго погрозил пальцем. – Русские мужчины платят за дам. Даже если они такие, как ты.

Марина сделала огромные предостерегающие глаза.