Встречи у костра

Я обрадовался, решил ей визитку нашу дать. Отношу, а она на неё смотрит, ещё шире мне улыбается и говорит: «Зачем же мне ваша туркомпания иркутская, если я сама из Иркутска?»

Тут Матаня тронулась, и продолжилась мотающая за душу езда. Спустя ещё час мы почувствовали настоящий голод. А с собой, кроме конфет, ничего. И тут мимо по проходу снова пошёл Паша.

– Павел, я вот знаю, что туристы всегда выручат другого туриста! У вас нет, случайно, какой-нибудь лишней еды? А то дети очень есть хотят!

Через минуту Павел, широко улыбаясь, так, что морщился его нос картошкой в красных и синих прожилках, притаранил ещё теплую гречневую кашу в пакете, бутыль, так же тёплого, с запахом костра киселя и серую буханку хлеба.

– Павел, – сказала я растроганно, – расцеловать тебя за это…

И вот тут он меня подловил.

– Пожалуйста – ещё шире улыбнулся он и подставил свои небритые одутловатые щёчки.

А спустя двадцать минут все туристы, заботливо охраняемые Павлом и его напарником, сошли на станции Половинка.

Но, странное дело, теперь сто?ит найти на меня туману, как я сразу вспоминаю его жизнерадостную, добрую физиономию, и на душе тут же светлеет.

Паренек с аэродрома в Монино

Второй день путешествия. 540-ой километр от Абакана

Этот рассказ родился так. Я забирала своего младшего, Ваню, из садика, и вдруг во встречном потоке мам и бабушек, забирающих своих чад, мне в глаза вонзилось явно знакомое лицо лет пятидесяти с седыми усами, несколько вытаращенными глазами, и будто расширенными крыльями большого носа, нахлобученное на худую, длинную фигуру в мешковатой одежде цвета хаки.

Лицо меня тоже узнало, потому что глаза его вытаращились ещё больше.

“Где же я его видела?.. Да это же пилот!!!”

Первого сокола мы увидели на дорожном столбе справа. Второй, чуть покрупнее, сидел на столбе слева метров через десять. А потом над нами пронесся планер. Мы, как по команде, повернули головы вправо и хором крикнули:

– Аэродром!

– Смотри, и палаточный лагерь есть, – заметил Андрей.

 – Могли бы здесь заночевать вчера, если бы знали. Заедем… – и мой муж тут же резко повернул вправо на проселочную дорогу.

«Аэропорт ДОСААФ. Въезд запрещён», – гласила растяжка на дороге, что уходила прямо. Дорога правее уходила к полю с самолетами. А резко направо – к палаткам. У палаток горел костёр, а дымящий над ним котелок караулили накачанный высокий парень и рыжий пёс…

– Сегодня день ВДВ, – пояснил нам парень.