Глаза, следящие за мной из темноты

В-третьих, он был психологом, и его речь содержала очень вежливый, корректный и спокойный тон, так же, как и письма Сталкера. Ну а в-четвертых, он назвал Лизу красавицей, как и в письмах.

Даже то, что Сталкер не хотел показывать свое лицо Лизе, указывало девушке на то, что он сейчас стоит перед ней. Ведь, если предположить, что он ухаживал бы за ней в открытую, не скрывая свою личность, то у него были бы огромные проблемы, поскольку мало того, что Лиза еще не совершеннолетняя, так это рано или поздно заметил бы весь школьный коллектив, а там и осуждения, выговоры и увольнение не за горами…

Прикинув в своей юной головке все доводы «за», глаза Лизы засеяли надеждой, особенно после того, как Роман Викторович сказал, что хотел бы снова пообщаться с Ермоловой по поводу ее положения в семье, но уже позже и отпустил их со Стасом.

Лизе захотелось спросить психолога, почему он обратил на нее внимание, но при посторонних она этого сделать побоялась, так как, когда новенький в спешке открыл дверь кабинета, девушка увидела своих подруг и Сережу с Максом, поджидавших ее.

Улыбнувшись обольстительной улыбкой и попрощавшись с психологом, Лиза вышла за дверь в прекрасном расположении духа. В голове ее путались мысли от радости, а грудь распирало какое-то приятное и согревающее чувство.

***

После того, как молодежь в количестве шести человек покинула школу, этой веселой компании пришла идея прогуляться по парку и съесть по мороженному.

– А как же футбол? – Спросила Ермолова Макса, как бы намекая на то, что его занятия в спортклубе стали слишком частым оправданием его отсутствия.

– Сегодня же выходной! – Обольстительно улыбнулся блондин и прильнул к Лизе со словами. – Этот день я могу провести с тобой.

Ермоловой показались его слова не сильно убедительными, так как последние два месяца, ее парень каждые выходные придумывал новые «отмазки», чтобы не встречаться с ней, а тут инициатива исходила от него самого, что было очень странным. Вдобавок ко всему, Макс делал вид, что между ними никакого игнорирования вовсе не было, возвращая их на ту начальную стадии, с которой началась их взаимная симпатия.

Ермолова хотела выяснить к чему такая перемена и расставить «все точки над и» в их отношениях, но парень, словно всеми силами избегал этого, и умело переводил разговор в шутки и веселые истории. Лизе пришлось сдаться, так как ей не хотелось испортить всем настроении и прослыть перед друзьями занудной мозго-клюйкой.