Ненависть эльфа – любви не помеха

Вскоре, в конце травяной дорожки, ведущей к каменной беседке, задекорированной цветочными гирляндами и белыми атласными ленточками, переливающимися золотом в свете закатного солнца, показалась Кирилла в бело-розовом, традиционном, эльфийском наряде со шлейфом, неспешно ступающая под руку со своим отцом.

Пухленькая девушка с очень насыщенным цветом волос, собранными в прическу и обвязанными цветочным венком на эльфийский манер, да еще в традиционном платье, выглядела достаточно колоритной, чтобы вызвать у бесчисленной толпы гостей интерес к ее персоне.

Проходя мимо леса из высоких фигур эльфов, Кири сжала сильнее руку отца. Она волновалась, хоть и была счастлива, что выходит замуж за самого обаятельного и привлекательного мужчину на всем белом свете. Ее отец тоже был взволнован радостным событием, и он постоянно поправлял ворот парадного камзола, который к этому моменту стал ему немного тесноват и доставлял не мало дискомфорта. На жест дочери, барон, чьи волосы отличались лишь своей тусклостью и сединой на висках, накрыл руку дочери своей тяжелой, но теплой ладонью и ободрительно улыбнулся, давая дочке понять, что все хорошо.

Кири немного успокоилась от нежного жеста заботливого отца и уже более смелее зашагала по аллее туда, где под аркой, искрясь своей красотой и блеском волос, перекликавшихся с белоснежностью камзола, в сочетании с краем пастельно-бирюзового шарфа, выглядывающего из ворота, ее ждал Мэлинар.

Подхваченный легким ветерком шлейф свадебного убранства невесты развился, придавая грузной походке героине вечера немного женственности и воздушности.

Вокруг венка, сплетенного из ванильных орхидей, кружили пестрые бабочки. Они прилетели на дурманящий запах цветочного нектара, что источал венок. Своими пируэтами в воздухе, крылатые насекомые привлекли внимание других любопытных крылатых существ, которые любили охотится на них, а именно маленьких золотых и зеленых дракончиков, что парили над головами гостей.

Лицо невесты в этот момент искрилось счастьем, как и ее бирюзовые глаза, выдавая в них радость и томность нетерпения. Кири понимала, что уже через несколько минут из потомственной баронессы она превратиться в эльфийскую принцессу и не могла поверить своей удаче. Но больше, чем быть эльфийской принцессой, она радовалась тому, что совсем скоро она будет принадлежать самому лучшему мужчине Аутура, а он будет принадлежать ей.