Anamnesis. Том 2

А вот так, чтобы проплыть полкилометра в довольно прохладной уже сентябрьской воде – это вряд ли!

Она почувствовала страх. И, чтобы приглушить его, ещё быстрее заработала черпаком. Это помогло: из-под воды показалось днище.

Оксана бросила черпак и схватилась за вёсла. Так она ещё никогда не гребла: лодка понеслась, будто катер, направляясь по прямой к ближайшему острову. Но, увы, замедляясь с каждой секундой: неумолимая вода заливала судёнышко, делая его тяжелее.

Опять остановка. Опять – лихорадочное вычерпывание.

Сколько же удалось проплыть? Оксана обернулась и чуть не завыла от досады: проклятый остров почти не приблизился! Женщина с удвоенной силой заработала вёслами.

Вновь треск и толчок! В днище образовалась ещё одна пробоина: шире, чем прежние. Моментально лодка на четверть заполнилась водой. И тут же – новый удар и новая дыра!

– Да что же это?! – прохрипела Оксана, внезапно потеряв голос от навалившегося ужаса.

Попыталась вычерпывать – да куда там! Лодка на глазах погружалась в равнодушное озеро, наполняясь прохладной осенней водой. Сжимая в руках бесполезный черпак, женщина тоскливо смотрела, как уходят вниз борта судёнышка.

Когда они скрылись под водой, Оксана оглянулась на остров – такой далёкий…

    8 сентября, Кобельки, участковая больница, 12—35.

Он закрыл глаза и привычно потянулся другим своим взглядом к женщине. Та плыла в лодке посреди озера. Почти голая.

«Бесстыжая! – вздохнул Он про себя, – Все они – бесстыжие! Мало того, что делала такую мерзость, так ещё и голышом по озеру раскатывает!» В том, что женщина в лодке делала мерзость, Он не сомневался: иначе бы не забеременела.

Ощутив знакомый холод в животе, Он ещё раз с отвращением взглянул на бесстыдницу и нырнул взглядом под лодку.

Там было светло и спокойно. Солнечные лучи легко пронизывали прозрачную осеннюю воду, дотягиваясь до самого дна. По которому, далеко внизу, неспешно плыла заострённая спереди тень лодки.

Он затаил дыхание и начал лепить себя. Холод в животе усилился, захватив грудь. Вода под лодкой сгустилась, быстро обретая твёрдость. Но оставаясь при этом такой же прозрачной. Бесформенный поначалу, прозрачный сгусток разрастался, вбирая окружающую воду и выпуская из себя отростки, будто гигантская амёба.

Через несколько секунд всё было готово. Он проворно выбрался из своего тела и перенёсся в новое, только что слепленное из воды.