Anamnesis. Том 2

Тут же очнувшись, она услышала жуткий клокочущий хрип. Хрипел Антон.

– Тошка! – позвала Оксана, – Тошка, ты живой?

Только хрип в ответ. Чувствуя, как в грудь заползает страх, женщина попыталась встать. К её удивлению, получилось. Только сильно болел ушибленный бок и жутко кружилась голова. Пошатываясь, в кромешной темноте она побрела к мужу, ориентируясь на звук.

– Тошка, ты чего? Расшибся, да? – едва не споткнувшись о лежащего Антона, робко спросила Оксана.

Молчание. Только рвущий душу хрип.

– Тошка, миленький, не молчи! Ответь хоть что-нибудь, ну пожалуйста! – женщина присела на корточки, ощупывая тело мужа.

Её пальцы тут же стали мокрыми и липкими.

Из-за облака выглянула луна. Её неживого света хватило на то, чтобы разглядеть лежащего.

– Тошка! – в отчаянии закричала Оксана.

Муж лежал в неловкой, невозможной позе. Обе руки оказались вывернуты под неправильным каким-то углом. А голова…

Антон лежал лицом вниз. Уткнувшись носом в центр большой тёмной лужи. Которая на глазах становилась всё больше и больше…

Оксана всхлипнула.

Ужас придавил её, отобрав дыхание.

– Тошка, миленький, потерпи, я сейчас! Сейчас…

Но что именно «сейчас», женщина не представляла. Она беспомощно огляделась: свет неполной луны вырывал из темноты лишь небольшой участок дороги, в центре которого лежал Антон. Что творится за обочиной – уже было не разглядеть.

Оксана осторожно тронула хрипящего мужа за плечо. Тот никак не отреагировал.

– Господи, что же делать-то? – прошептала она.

Кажется, в таких случаях трогать пострадавшего ни в коем случае нельзя.

До приезда врачей. Вот только где ж их тут взять-то, врачей?!

Оксана ещё раз огляделась. В пылу спора с мужем она совершенно не следила за дорогой. И теперь решительно не могла понять, где находится. Если судить по времени, которое они затратили на дорогу, до Кобельков оставалось ещё километров пять-шесть. Вряд ли больше.

Оставить Антона здесь, а самой бежать за помощью? Час, не меньше, ей придётся добираться до посёлка.

Потом ещё минут двадцать – обратно, на больничной машине. Выходит – почти полтора часа! И всё это время Антону придётся лежать тут, уткнувшись носом в лужу собственной крови.

А что ещё делать? Одна она ничем мужу помочь не сможет. Сидеть тут в надежде, что мимо кто-нибудь проедет? Так ведь можно всю ночь просидеть – и не дождаться. Как же быть-то?

Сзади послышался шорох. Оксана обернулась – и оцепенела.

Из придорожного кювета медленно поднималась тёмная фигура.