Anamnesis vitae. История жизни

Когда поставите, введёте морфин!

Она с недоумением уставилась на меня:

– Зачем?! У него же болей нет!

– Зато есть одышка. А морфин её подавляет. Да делайте же, не теряйте время, – огрызнулся я, – Антон Иваныч, вашему – тоже капельницу с физраствором и больше пока – ничего. Будем разбираться. Ах, да, кислород дайте обоим!

Клавдия Петровна пожала плечами и воткнула иглу в вену:

– А чего он такой горячий? – поинтересовалась она.

Это я и сам бы хотел знать. Пока фельдшерица возилась с капельницей, я перешёл к следующему больному.

Который пел. Взялся за пульс и покачал головой: тоже так и пышет жаром!

Тем временем немногословные мужики выгрузили на травку ещё двоих. Слава Богу, эти пребывали в сознании, хоть и весьма спутанном. И тоже, тоже – горячие!

Какая-то странность, пока неосознанная, не давала мне покоя. Что-то было не так. Вот только что? Ладно, доктор Светин, соберись и рассуждай. Итак, имеем пятерых пациентов с явной гипертермией (повышенной температурой тела, стало быть).

При таком жаре они должны быть… Какими они должны быть? Правильно: влажными. Хотя бы местами. А эти – сухие, как песок в пустыне. И о чём это нам говорит?

Я хлопнул себя по лбу: точно, обезвоживание! Мужики, похоже, получили банальный тепловой удар. Но каким образом?

– Откуда вы их привезли? – поинтересовался я у переминающихся с ноги на ногу мужичков из грузовика.

– У грейдера нашли. Километрах в двадцати отсюда, – виновато пробубнил один из них.

– А что они там делали? Что значит «нашли»? Они у дороги валялись, а вы их просто подобрали? Подробности, мне нужны подробности! – не замечая того, я почти орал, наседая на съёжившихся аборигенов.

– В машине они сидели! – подал голос второй, который помоложе.

– В какой машине?

– В «запоре»… Ну, в «Запорожце», то есть. В ушастом.

– И что?

– Что – «что»? – не понял мой собеседник.

– Сидели пять мужиков в «Запорожце»… – тут я запнулся, осознав фантастическую экстремальность этого явления, – Сидели, стало быть, пятеро здоровых мужиков в ма-аленьком таком «Запорожце», плохели, синели и теряли сознание?

Туземцы дружно пожали плечами:

– Да вроде…

Я оторопело переводил взгляд с них на лежащие в рядок полуживые тела.

Понятно, анамнез болезни придётся выяснять у самих пациентов. Когда оклемаются. Иначе толку не будет: водители грузовика застали, можно сказать, лишь финальный акт трагедии.

– Доктор, а доктор? – робко обратился ко мне старший.