Черная карта судьбы

С ней было несколько милиционеров, которые не разрешили ей даже выходить из «уазика», а сами пытались уговорить драчунов разойтись, угрожая даже применить против них табельное оружие. Однако на милиционеров никто не обращал внимания: драка началась… вот упал, обливаясь кровью, один из парней, и тогда Лиза выскочила из машины. Она была до такой степени возмущена и напугана, что ничего не могла сказать, к тому же очень боялась крови (собственно, именно поэтому не пошла в мединститут, как ни уговаривал отец), однако сильнее страха оказалась злость.

На земле и так много желающих убивать русских парней! Не далее как вчера она узнала о гибели в Афганистане их соседа, молодого вертолетчика Алеши Краснополова, который когда-то безответно ухаживал за ней, – и проплакала до утра. Алеша прекрасно играл на гитаре и пел. Особенно любил он «Гренаду»: «Я хату покинул, пошел воевать, чтоб землю в Гренаде крестьянам отдать…» Он погиб, выполняя, как пишут в газетах, свой интернациональный долг, погиб на войне в чужой стране, будто в песне про Гренаду, он больше не вернется, а эти лоботрясы готовы убивать друг друга просто от нечего делать! Лиза не выдержала: бросилась к драчунам и рванула одного из них за руку.

Ее только чудом не задело цепью, но парень почему-то замер, почувствовав ее прикосновение. Уставился изумленно, притих… И так же замирали другие, стоило встретиться с ней взглядами. Лиза сама не помнила, что говорила и говорила ли что-то вообще, только голова болела сильней и сильней. Потом, когда бывшие непримиримые враги разошлись, словно бы забыв о существовании друг друга и побросав цепи на обочину дороги, Лизу стало ужасно рвать.

Ошарашенные милиционеры хотели доставить ее в больницу, но она попросила отвезти в мединститут, к отцу, на кафедру психологии.

Александр Александрович, помассировав ей в своем кабинете лоб и затылок, сразу снял боль. Потом долго пытался выспросить у дочери, что она делала, что чувствовала, однако ее горло жгло желчью, говорить было трудно… Да она почти ничего не помнила и описать случившееся смогла очень приблизительно.

Осталось только смутное воспоминание об изумленных глазах парней, устремленных на нее.

Кстати, драки в рощице после того случая прекратились. И вражда между молодыми рабочими «Амуркабеля» и Судостроительного завода словно бы забылась.

– Наследство берет свое, – задумчиво сказал тогда отец.

– Ты имеешь в виду, что я так же могу успокаивать людей, как ты? – обрадовалась Лиза.