Черная карта судьбы

И, как только она пришла к Симоновым, у которых пропала дочь Наташа, ее брат, пятиклассник Коля, вдруг вспомнил, что случайно услышал, как его сестра пару дней назад, болтая со своей подругой по телефону, спросила:

– А почему так называется? Там ворон полно, что ли? Я боюсь ворон!

Лиза и Леонтий переглянулись. Первая мысль была – речь идет об одном из трех Воронежей: так – Воронеж первый, Воронеж второй и Воронеж третий – назвались три села, расположенные неподалеку от Хабаровска, на изумительно красивых и высоких амурских берегах.

Эти места знали, наверное, все хабаровские школьники, потому что в воронежских лесах находилось несколько пионерских лагерей. Лиза Морозова в свое время тоже там отдыхала: и в «Чайке, и в «Гагарине», и в «Лизе Чайкиной»… Дети удивлялись: отчего места называются Воронежем, хотя ворон там ничуть не больше, чем в других местах? Однако вовсе не в воронах было дело! Просто еще в XIX веке в этих местах поселились переселенцы из Воронежской губернии и основали три села, все называвшиеся одинаково – Воронежскими, различавшиеся только по времени основания: одно раньше, второе позже, третье еще позже. Ну а потом слово «Воронежское» сократилось до «Воронежа», только и всего.

Если девочки отправились на Воронеж и до сих пор не вернулись, дела могут быть плохи: все-таки зима на дворе, а вдруг они заблудились в лесу? Хотя в тех лесах, строго говоря, заблудиться получится только летом, а зимой они все пронизаны, словно прошиты, лыжными тропами, которые обязательно приведут не в одно, так в другое село, на спортивные базы или прямиком выведут к дороге… Но, возможно с девочками случилось несчастье, они провалились в какую-то яму и не могут выбраться?

Лиза посмотрела на Колю Симонова, который рассеянно вертел в руках учебник литературы за восьмой класс, и вдруг спросила:

– Это Наташин учебник?

– Да, – кивнул мальчик.

– Дай-ка мне.

Лиза взяла книгу в руки – и словно издалека увидела мрачное, занесенное снегом кирпичное строение на высоком амурском берегу, неподалеку от железнодорожного моста.

Железная дверь закрывала вход в какой-то подвал, а из-за нее раздавался слабый, обессиленный плач…

Лиза бегом бросилась из квартиры Симоновых, словно не слыша испуганных восклицаний родителей Наташи и второй пропавшей девочки, Тани Сазоновой (обе семьи эти дни держались вместе, не то утешая, не то еще больше расстраивая друг друга), словно забыв о Леонтии Комарове.