Пепел тлеющих звёзд

Барди неопределенно дёрнул плечами, словно отгоняя назойливую муху. Затем, всё же ответил:

– Королева… Хочет тебя видеть… Кто-то сказал, что ты первой оказалась возле огня…

Мария, поперхнувшись, закашлялась, и под шум судорожно сжимающихся лёгких пришло осознание произошедшего прошлой ночью. С трудом переставляя ноги, девочка шла за отцом, чувствуя, как от нарастающего страха, перехватывает дыхание.

Наконец Барди остановился, и Мария подняла голову. Прямо перед ней стояла королева в окружении придворных.

Вид у всех был уставший, а сажа, осевшая на одежде, свидетельствовала о бессонной ночи. Впрочем, когда Элеонора заговорила, голос её был по-прежнему твёрд.

– Скажи, дитя, ты видела, что произошло?

Мария испуганно замотала головой и потупилась, не в силах выносить пристального взгляда владычицы.

– Не лги мне, девочка! – в голосе королевы зазвенела сталь. – Мне известно, что ты была рядом с огнём в числе первых! И потом, взгляни на свою руку! Откуда у тебя эти ожоги?!

Мария постаралась ответить, но не смогла из-за подступивших к горлу рыданий.

Опустившись на колени, девочка склонила голову и едва слышно прошептала:

– Я виновата, простите! Это всё из-за меня…

– Нет, Ваше Величество! – прервал её лепет низкий печальный голос. – На самом деле вина моя!

Повернув голову, Мария увидела, как её отец сделал шаг вперед и, опустившись на колени, продолжил.

– Ночью гулял с фонарём в руках, ну и оступился! А масло горящее на кусты попало! Ну и пошло-поехало! А девочка просто тушить помогала, вот и обожглась!

Мария, не доверяя своим ушам, перевела взгляд с отца на королеву и увидела, как у Элеоноры побледнело лицо.

– Так что же ты не позвал на помощь, садовник?! Быть может, подними ты тревогу раньше, нам удалось бы хоть что-то спасти!

Барди склонил голову и прошептал едва слышно:

– Виноват, Ваше Величество! Испугался…

Мария втянула голову в плечи, не в силах выносить ледяной взгляд владычицы. До её слуха донеслось хриплое дыхание королевы, не сулящее ничего хорошего.

– Казнить! – при этих словах сердце девочки дрогнуло, но Элеонора почти сразу продолжила. – Вас обоих следовало бы казнить! Но всё же, Барди, я помню, как обещала выполнить любое твоё пожелание в знак благодарности за прекрасный сад. А ты отказался от милости, сказав, что работал для удовольствия, а не ради награды. И тогда я дала слово, что придумаю, как достойно тебя вознаградить, а ты не посмеешь отказаться от моей милости.