Мышьяк за ваше здоровье

На тему, что город Владимир не столь далеко, не за тридевять земель, вполне можно вечерком незаметно появиться в родном селе, а потом – словечко потом было выделено особенным подленьким образом – успеть слинять обратно во Владимир. И быть уверенной, что алиби тебе вполне обеспечено. А вот если болезную Анютину тетку, у которой девушка остановилась, по-умному прижать, она вполне сможет расколоться и выболтать, была Анюта дома прошлой ночью ли нет. Спала в своей постели или играла в жизни бедолаги Коли Лукьянова самую что ни на есть роковую и смертельную роль.

Причем это предположение Бушуев слышал от людей, которым отлично известно было, во-первых, что покойный Лукьяныч в самом деле был образцовый муж и отец, а во-вторых, что эта самая Анюта Калинина – для оперативника Бушуева не совсем, как бы это поточнее выразиться, посторонний человек. Конечно, не стоит видеть в этих измышлениях злобы человеческой: эти советчики-подсказчики искренне хотели навести следствие на верный путь. Ведь и в самом деле – если кто-то из заманихинских женщин способен заставить мужика голову потерять, вплоть до того, что он на должностное преступление пойдет, так лишь только она, Анютка… Причем все в Заманихе, а то и в районе прекрасно знали, в какой непростой узел завязались отношения между черноволосой и черноглазой красоткой Анютой, оперативником Бушуевым и бывшим шофером милиции, а ныне турбазы Петром Манихиным.

И, называя Анюту в качестве той женщины, из-за которой погиб бедолага Лукьяныч, они как бы намекали: а ведь его убийцей мог стать кто-то из тех двоих мужчин, которые люто соперничали из-за Анюты и друг с другом, и с каждым, кто готов был к ней хоть шаг шагнуть!

И про себя Бушуев совершенно точно знал: Лукьянова не убивал, сберкассу не грабил.

А всякому, кто в этом усомнился бы, мог предъявить алиби: всю ночь ограбления он провел на выезде в Колодяжной Норе (так называлась деревня в десяти верстах от Заманихи). Там горела школа-интернат, и на ЧП были согнаны не только пожарные части и «Скорые» аж из райцентра, но и оперативная дежурная бригада милиции. То есть Бушуев был чист, аки агнец. Анюты, на счастье, тоже не было в Заманихе. Что касается Петра Манихина…

Что касается Петра Манихина, то оперативник Бушуев отдал бы десять лет жизни, лишь бы этот фрукт оказался замешан в ограблении! А по зрелом размышлении и пятнадцать отдал бы.

АВГУСТ 2001 ГОДА, ЗЕЛЕНЫЙ ГОРОД

Александр открыл глаза и тотчас опять зажмурился – так ударило светом.