Обнаженная тьма

Еще слава богу, что убрали нож, потому что при внезапном толчке ее могли бы нечаянно прирезать. Но сейчас отнюдь не это казалось самым страшным.

«Если меня укачает и начнет рвать, я задохнусь!» – мелькнула жуткая в своей отвратительности догадка. Перепуганная Александра вскинула руки, остававшиеся несвязанными, и сорвала пластырь со рта.

На нее тут же навалилось тяжелое тело, выламывая руки, давя ладонью на лицо, опять послышался мерзкий треск пластыря, отрываемого от рулона, однако Александра успела выкрикнуть:

– Мне плохо, меня тошнит! – И треск прекратился.

– Кричать нэ нада, – послышался грубый голос. – Тогда убьем. Понатно?

Александра тупо кивнула.

Господи… еще не легче! Что за идиотский акцент? Кавказец, что ли? То есть, выходит, ее похитили кавказцы? Чеченцы?!

Тело обмякло, голова упала на спинку сиденья. Крик ужаса рвался из горла, но страх перед угрозой заставлял его сдерживать.

Вдруг свежее, прохладное дуновение коснулось лица, и Александра поняла, что ее похитители приоткрыли окно.

Покрытое потом лицо сразу остыло, в голове слегка прояснилось. Если они заботятся о ее самочувствии, значит, решили довести до места живой и относительно здоровой. Не исключено, конечно, что беспокоит посетителей всего-навсего опасение, что им потом придется мыть салон машины, однако и за это надо благодарить судьбу. Жаль, что логика не подсказала этого с самого начала, когда в бок ей уткнули нож, а она сразу – брык и перестала сопротивляться. Ни один здравомыслящий владелец навороченной и внушительной тачки не станет осквернять свою красавицу пролитием крови на кожаные сиденья просторного салона.

Это была просто острастка, а она купилась, как дура! Надо было биться, орать, чтобы привлечь к себе как можно больше внимания, чтобы хоть кто-то увидел, как ее заталкивают в машину, и, может быть, заметил бы номер, позвонил в милицию… Ладно, двор был пуст, но вдруг кто-нибудь смотрел в окно?!

Впрочем, какой смысл предаваться ненужному самобичеванию? Все равно ничего нельзя исправить.

Остается покориться судьбе, потому что не справиться ей с тремя ражими мужиками. Она попыталась вспомнить, как выглядят похитители, но в памяти маячили только широченные плечи да грозно мерцали глаза в прорезях «чеченок».

– Не проскочи поворот, – послышался негромкий голос, и Александра радостно встрепенулась: это говорил русский. Что ей давала эта информация, чему она радовалась, было совершенно непонятно.