Выбор. Сборник

Олег шмыгнул носом. Родители вздрогнули, заметив его, стоящего в коридоре. Отец удивленно спросил:

– Эй, ты как так уже дома оказался? У тебя же после школы еще бассейн.

– Да вот… – начал Олег, но не закончил.

В руках у мамы взвыл сверток. Она, поставив его на пол и принявшись разворачивать, перебила всех:

– Ну пришел сын и пришел. Уроки, наверное, отменили, да? – не взглянув на Олега, она продолжила. – Олежка, ты же хотел собаку, правда?

Олег почувствовал, как губы сами расплываются в улыбке, как весь жар улетучивается из головы.

– Да! Да, мамочка! Очень! – он подбежал к маме и обнял ее за плечи. – Это Том? Это собака? – он плюхнулся на колени рядом со свертком и завороженно стал смотреть, как мама его разворачивает.

– Не совсем Том. Но это собака, да.

– Мам, а зачем нам не Том? – спросил Олег разочарованно.

– Да тихо ты, напугаешь. Она маленькая. Дай выпущу ее, задохнется, пока ты о другой мечтаешь, – шикнула на него мать.

Из свертка высвободилось поразительное существо: оно все мелко дрожало, тело было почти полностью лысым и лишь на голове были отдельные жесткие волосинки, да на конце хвоста, который неприятно висел, словно кожистый червяк, болталась кисточка.

Собака отряхнулась и, разразившись неприятным высоким лаем, больше напоминавшим ворчание сирены, забилась под обувную полку.

Олег поморщился. Он почувствовал, как слабость и головная боль с новой силой одолевают его.

– Мама, – жалостливо посмотрел он. – Она… собака теперь будет с нами жить? А почему у нее тело в пятнах? Она старая и больная?

– Олег! Вот не знаешь, не говори ничего.

Сколько раз повторять? Она не старая, это щенок еще. Называется мексиканская лысая собачка.

Мама встала, отряхнула руки и достала из кармана пуховика клочок бумаги.

– Ксо-ло-итц-ку-и?н-тли, – по слогам прочитала она. – Между прочим, сын, она бешеных денег стоит. На работе сотруднице муж подарил, у нее аллергия на шерсть. У этой собачонки хоть и три с половиной волосинки, да и то Екатерина от нее чихает, вот и отдает задаром.

Катерина сказала, что пятна эти вообще редко у них бывают, породистость это, понял? Сына, ничего себе подарок для тебя, да? Чур, на Новый Год больше ничего не проси!

Олег сел на полу, обняв колени и заглянул под полку, откуда доносилось недовольное рычание.

– Значит, ее зовут Ксоло? Страшная…

– Нет, не Ксоло. Это порода. Зовут… – мама снова заглянула в листочек и торжественно прочла: – Декстериана Ортофарци Гона Иба Рувельди.