Проклятие Гиацинтов

Конечно, они могут не захотеть об этом говорить, но Алёна решила не настраивать себя на неудачу, а решать проблемы по мере их поступления. Первым делом найти бутик и поглядеть на блузку в его витрине. Потом – все прочее.

Нет, первым делом надо поблагодарить Варвару Никитичну. Может быть, даже заплатить ей, чтобы не вышло так же, как с Луниной… или она обидится? Алёна нерешительно раскрыла сумку, оглянулась – да так и замерла.

На соседнем крыльце никого не было. Наверное, Варвара Никитична вернулась в дом… может, там телефон зазвонил или еще что… странно, почему же Алёна не видела, как она ушла? А вдруг…

Че-пу-ха!

Алёна спустилась во двор и просто-таки физически заставила себя остановиться, чтобы не подняться на соседнее крыльцо и не убедиться своими глазами, что старушка не превратилась вновь в дорожку и не лежит на ступеньках – все такая же изрядно вылинявшая и добродушная.

– Чепуха, – пробормотала наша писательница, а потом крикнула погромче: – Спасибо большое! – и ринулась со всех ног за калитку, убеждая себя, что растаявшее в воздухе «Не за что!» ей просто-напросто послышалось.

Через десять минут, после пробежки по Ошарской и Малой Грузинской, Алёна выскочила на Покровку, рядом со старинным зданием госбанка, и рванула еще метров на двадцать вправо вниз, к площади Минина. Так, вот и магазин «Ле Монти», который когда-то давным-давно, лет двадцать тому назад, первым приобщал горьковчан (в ту пору городу еще не было возвращено его исконное имя) к американской шопинговой культуре.

Господи боже, какие тут очереди стояли… а теперь – тишина и безлюдье. И в магазинчик, расположенный рядом, в «Шалон», не ломятся покупательницы, несмотря на завлекательную витрину: все по-летнему нежно-зеленое, словно газончик такой миленький, а посреди пламенеет алая, немыслимо-алая блузка, надетая на тощий безликий манекен. У манекена блекло-зеленые волосы, такая же юбчонка – словом, ничто не нарушает общего гармонического диссонанса. На некоторое время Алёна зациклилась было на мысли, оксюморон она сотворила или все же катахрезу, но потом она загнала подальше эти лингвистические помехи и осторожно вошла в «Шалон».

Звякнул колокольчик над дверью, и из-за стойки с платьями выглянула маленькая, тоненькая, миленькая девушка с очень хорошеньким, точеным личиком.