Обитатели разных планет (Пабло Пикассо – Ольга Хохлова)

А потом… потом наш Поль женится! Его жена окажется аристократкой и настоящей красавицей, она будет танцевать даже лучше, чем Ля Гулю. У них с Полем родится сын, они проживут рядом много лет, но они… они навсегда останутся обитателями разных планет. Так скажет один его друг… я сейчас не стану называть его имени.

Фернанда не выдержала и захохотала. Пабло женится? У него будет сын? Это невероятно! А еще невероятнее, что на свете сыщется женщина, которая сможет танцевать лучше, чем тощая обжора Ля Гулю[2 - Слово la goulu по-французски и означает – обжора.

], которая проводит каждый вечер в танцзале «Мулен ля Галетт». Вранье все это.

Вранье! Вранье! Макс Жакоб наврал или ошибся!

Зря, зря она так. Макс Жакоб не наврал и не ошибся ни в одном своем пророчестве. Даже в этом, таком странном, – насчет обитателей разных планет…

* * *

– Смерть русским! Смерть русским!

Партер неистовствовал. Галерка присоединилась.

Ложи не отставали.

Как только занавес сомкнулся, Сергей Дягилев ворвался за кулисы:

– Господа! Больше на сцену ни ногой! Немедленно по гримеркам! Пакуйте чемоданы!

– Смерть русским! – неслось из зала.

Дягилев схватился за голову. 18 мая 1917 года – этот день он запомнит надолго как день своего величайшего провала.

Какой кошмар! Основатель и вдохновитель «Русских сезонов» в жизни не знал, не предполагал такого… Казалось, это была замечательная идея: поручить Леониду Мясину поставить балет на основе либретто модного эпатажного писателя Жана Кокто, оформление отдать не менее модному и еще более эпатажному художнику Пикассо, а музыку попросить написать композитора-новатора Эрика Сати.

И что получилось? Скандал или успех? Триумф или провал? Если кричат – «смерть», значит, скандал или провал…

Боже мой! На премьеру в театр Шатле пришел весь Париж, ведь само имя Дягилева притягивало как магнит.

И весь Париж вместе с соотечественниками Дягилева освистал этот гениальный балет!

Напрасно Дягилев подготовил клаку, созвав в театр всех найденных в монпарнасских кафе художников, поэтов и солдат-отпускников. Более того – часть билетов он распределил даже среди группы солдат русского экспедиционного корпуса, прибывшего в Париж после петроградского революционного февраля. И ничто не помогло.