Рецепт Екатерины Медичи

А что, если она уже знает одного из них? Что, если это Торнберг?

Вполне логичное умозаключение.

Знает ли Алекс Торнберга? Спросить? Может быть, но только немного погодя, а пока надо вот что сделать – показать ему записку. Марика о ней совершенно забыла, а между тем – чем черт не шутит! – может быть, и она косвенным образом предназначалась Алексу, как пресловутые ленты?

Хотя нет, Торнберг не мог предположить, что Марика в каком-то безумном порыве вдруг решится – и вытащит его шифрованную записку из мертвой руки Вернера.

Или мог?

Ладно, об этом потом.

– Слушай, Алекс, – говорит она миролюбиво. – Услуга за услугу. Я забуду про ленты, а ты помоги мне прочитать одну записку.

И она достает из кармана плаща злосчастный листок.

Ну, если она ожидала, что Алекс подпрыгнет на месте и вопьется взглядом в текст, то этого не случилось.

– Ух ты, какой замечательный ребус! – восклицает наконец он. – Ты его где взяла?

– Ребус?

– А что, ты думаешь, это пиктограмма? – озадачивается Алекс. – Нет, здесь ведь имеют место быть не только рисунки, но и буквы. Однозначно аналфабетное, то есть не буквенное, письмо, но о конкретике можно спорить…

Нет уж, о конкретике как раз лучше не спорить!

– Так где ты взяла эту шифрованную записку? – находит наконец подходящий термин профессионал.

Подумаешь, Марика и без всякого профессионализма называла эту штуку именно так!

– Где взяла? У одного человека, – уклончиво говорит она.

– Он профессиональный криптолог?

Марике трудно ответить на вопрос кузена.

– Потом расскажу, – снова уклоняется от ответа Марика. – Ты сможешь разгадать этот «ребус»? Тут, кажется, изображены руны?

– Да, целых три, – кивает Алекс. – Вообще-то это руны победы, но…

– Руны победы? – перебивает Марика.

Удивительно: именно о рунах победы читал ей стихи Бальдр, даже не зная, что как раз о них и идет речь на листке.