Созвездие видений

Нападения зверей и людей он не опасался, прекрасно понимая, что вид имеет пугающий, и поэтому не было предела его изумлению, когда затылочные камеры шлема передали, что его нагоняет, ломясь сквозь чащобу, кто-то косматый, мохнатый и зеленый, напоминающий обросшее мохом корявое, невысокое дерево, если бы оно вдруг вздумало сорваться с места!

Впрочем, почему ж невысокое? С каждым шагом неведомое существо росло, росло и, казалось, запросто может дорасти и до самых высоких деревьев. Его зеленое лицо было угрожающе обращено к Северу, огнем вспыхивали глаза, и чудилось, что этот лик порос травой, а в бородище запутались ветки и листья, вместо ног же – разлапистые корни!

Неужто некий дух лесной возненавидел Севера и готовится напасть? И не один! Второй за ним следует, столь же кошмарный!

Но почему, за что? Или они явились на чей-то зов?

И только теперь ошеломленный Север ощутил, что тело спасенной им девицы, еще недавно такое безвольное, вяло болтавшееся на его плече, сейчас напряглось, налилось силой: ее колени уперлись ему в грудь, кулачки молотят по спине, а губы что-то выкрикивают.

Понадобилось мгновение, чтобы строй и словарь ее речи сделались понятны Северу, – с проблеском радости он уловил несомненное родство здешнего наречия с тем, которым владели на Ирии, и явственно разобрал:

– …а вы, из леса лешие, придите ко мне на помощь противу моего супостата!

Нетрудно было догадаться, что зеленые, мохнатые, огромные, нагоняющие Севера, и есть эти самые «из леса лешие»: неизвестные местные животные или даже растительные виды, умеющие передвигаться, – и они вот-вот нападут!

Север взъярился.

И потом еще какое-то время стоял, растерянно водя глазами и камерами шлема по сторонам, потому что никого не оказалось позади, кроме мгновенно оцепенелых деревьев.

Наконец Север включил предельную скорость «проводника» и в считанные мгновения очутился возле своей «избушки».

* * *

…Был он не из бегучих-четвероногих, не из легкокрылых, а меж тем преодолел путь лесной-дремучий, будто стрела. Вид его дик и страшен! Никого из зверья чужеядного не устранилась бы Зорянка. Запросто она бы управилась с тем зверьем! А вот с этим душеглотом…

Одет он толстой шкурой, и голова в панцире, а лица вовсе нет – одна тьма непрозрачная вместо лица.