Тайна Зинаиды Серебряковой

Не больно-то она и страдала, если честно, потому что Дима был для нее всем на свете: и мужем, и любовником, и отцом, и сыном, и даже задушевной подружкой – самой лучшей из всех! И ребеночек у них еще будет – когда придет время.

Однако время это почему-то никак не приходило, а годы – они шли, и однажды Анечка вдруг с изумлением обнаружила, что со дня их свадьбы миновало уже пять лет.

– Слушай, давай заведем ребенка, – сказал ей Дима той ночью, когда, вернувшись из ресторана, где отмечали свой первый юбилей, они упали в постель и радостно занялись любовью.

– Мужики всегда хотят сына, – целуя его в плечо, усмехнулась Аня. – А вдруг родится дочь?

– Давай заделаем дочь! – с тем же энтузиазмом воскликнул Дима. – Одна наша сотрудница – она сейчас в декрете – приносила показать свое произведение. Мариночкой зовут. Я прямо влюбился. Такой пушистик кудрявенький, ручки-ножки в перевязочках, щеки просто-таки на плечах лежат.

– Не поняла, в кого ты все же влюбился: в Мариночку или Мариночкину маму? – хихикнула Аня.

– Вот в кого! – припал к ней Дима, и ночь юбилейная началась, и минула, и все было необыкновенно прекрасно, однако где-то на окраине сознания поселилась озабоченность: Дима начал думать о детях, обращать на них внимание, выходит, ему чего-то не хватает для полного счастья, ему уже мало одной Ани?

С этих пор они неосознанно, а может, и сознательно не просто любили друг друга, но «заводили ребенка», однако никто по-прежнему не заводился.

Что за чертовщина? Неужто у кого-то из них не все в порядке с этим делом?..

Прошел еще один год. И вот однажды Дима, последнее время бывший заметно озабоченным (он отговаривался тем, что шел конец квартала и года, а их отдел клинически задерживал отчеты) пришел домой с охапкой белых гвоздик (в те годы в городе Хабаровске гвоздики зимой были сущей фантастикой!) и, вручая их жене, сообщил, что у него замечательная новость: он сдавал анализы и сегодня получил их результат.

– Какие еще анализы? – испуганно спросила Аня: Дима замучился с застарелым бронхитом, неужели он думал, что это туберкулез?!

– Да насчет бездетности, – легким голосом сказал муж. – Вроде бы у меня все в порядке с этим делом. А то я здорово комплексовал, если честно!

Аня чуть в обморок не упала.