Загадка старого имения

Неожиданно дверь загадочной комнаты резко распахнулась и с силой шарахнула по лбу замершего напротив Жоржа. Тот ахнул – и повалился наземь. Перепуганный грохотом упавшего тела Пуховик с фырканьем отскочил чуть ли не на середину коридора. Девушка мысленно попросила у бога помощи и плотнее вжалась в свою дверь.

Темная тень замерла в проеме загадочной двери, пристально вглядываясь в лежащего. Потом послышалось громкое: «Ах!» Голос был женский, и Александра немедленно узнала Зосимовну. Нянька продолжала свои поиски – но чего именно?! – в хозяйском кабинете.

Но зачем понесло туда Жоржа? Просто из-за бессонницы вышел он из своей опочивальни или вела его некая корысть?

На эти вопросы ответа не было.

Между тем Зосимовна постояла, вглядываясь в темноту. Александра на миг зажмурилась, словно боялась, что блеск глаз выдаст ее так же, как до этого Пуховика. Потом послышалась какая-то возня. Александра приоткрыла один глаз и увидела, что Зосимовна, пыхтя и натужась, оттаскивает обездвиженное тело Жоржа от двери.

Кое-как ей удалось это сделать. Потом она притворила дверь и заложила ее засовом, который, судя по всему, оказался весьма тщательно смазан, потому что скользнул в петли совершенно бесшумно.

После этого Зосимовна снова наклонилась над Жоржем и довольно бесцеремонно пошевелила его ногой. Раздался слабый стон.

– Живой, – презрительно пробормотала Зосимовна. – Повезло тебе, могла ведь и голову проломить! И поделом.

Больно прыток оказался, милок! Будешь теперь знать, как нос не в свое дело совать! Тебе другое предназначено, а ты… Ладно, полежи покуда!

И, переступив через неподвижно лежащее тело, она почти бесшумно, с невероятной для своего массивного тела легкостью заскользила в другой конец коридора, за что Александра немедля возблагодарила господа, ибо, пройди Зосимовна сейчас мимо, девушка не удержалась бы от крика ужаса, кой вызывала в ней эта загадочная и жестокосердная особа.

Лишь только Зосимовна скрылась за поворотом, Александра потянула ручку своей двери и юркнула в опочивальню. Дрожащими руками накинула крючок и прильнула лбом к дверному косяку, вся дрожа и благословляя небеса за то, что надоумили ее смазать петли: иначе дверь заскрипела бы и Зосимовна могла бы воротиться и застигнуть ее!

Вообще ей за многое нужно было благодарить небеса, например, за внезапный прилив ласковости Пуховика.