Кот

В одну миску (ту, что была в форме мышонка) Марина насыпала сухой корм, в другую, стеклянную, налила привезенной из города воды.

– Кот, кушать!

Его не пришлось просить дважды, слово «кушать» укрепилось в памяти раньше, чем собственное имя.

Съев половину порции корма, полакав воды, он решил вернуться в понравившуюся комнату, но в квадратном коридорчике увидел высокую лестницу, а на площадке второго этажа заметил Дениску.

– Кот, иди сюда.

Он стал ловко перебирать лапами, минуя широкие ступени.

На площадке Дениска попытался взять его на руки, Кот увернулся, тихо мяукнул, мол, не сердись, но сейчас мне не до нежностей.

И правда, какие тут нежности, когда в его распоряжении оказался весь второй этаж. Надо осмотреться, все обнюхать, сообразить, стоит ли сюда подниматься или лучше оставаться там, внизу.

Второй этаж вмещал в себя две комнаты: одна была с небольшим обращенным на запад застекленным балконом, вторая с двумя окнами и эркером. В комнате с балконом обосновался Дениска, Кот выбор маленького хозяина одобрил, придя к выводу, что все же придется подниматься по лестнице в спальню юного друга.

Единственное, что пришлось не по нраву, это подоконник. Узкий и неудобный – таков был вердикт.

Вечером, когда Дениска лег в кровать и Марина собралась читать ему книгу, Кот робко попросился на улицу. Он терся о ногу Марины, смотрел просящим взглядом ей в глаза и жалобно мяукал. «Пусти погулять, я уже достаточно насиделся дома.

Давай спустимся вниз, ты откроешь дверь и я смогу во всем окончательно разобраться. Я узнаю, что такое дача».

Марина покачала головой.

– Гулять пойдешь завтра, – сказала она.

По её тону Кот понял, просить дальше бесполезно. Ладно, решил он, завтра так завтра. Прыгнув на кровать, потеревшись головой о локоть Дениски – тем самым выражая мальчику свое уважение – Кот долго укладывался в ногах, приготовившись вместе с другом послушать очередной рассказ на ночь.

Ему нравился голос Марины: ласковый, нежный, она говорила спокойно и мягко; под её голос удобно засыпать.

Сначала слышишь его хорошо, но постепенно он становится тише, отдаляется, и тонет в туманной дымке, и начинает звенеть и покачиваться, а потом обрывается – и наступает тишина, приходит сон, такой же тихий и мягкий, как голос Марины.

Глава четвертая

Ожившие инстинкты

Кот проснулся рано утром, на улице едва забрезжил рассвет.