Зачем викинги стригли ногти мертвецам и как Дарт Вейдер взобрался на стену храма. Заметки литературных следопытов

Во избежание длительного джетлага решено было бодрствовать до самого вечера, но день сделать простым и ненапряжным. Почти получилось. Если в первый день нас периодически клонило ко сну, то начиная со второго утра, мы были полностью адаптированы. Машину взяли в аэропорту. На то, чтобы приспособиться к левостороннему движению, у Ильи ушло совсем немного времени. Тем не менее, мы правильно поступили, что из Аэропорта выдвинулись не на север, в сторону шумного и загруженного Лондона, а на юг, в деревни, в глушь.

В Лондоне мы решили машиной не пользоваться вовсе, и оставили его напоследок. Думаю, это было верное решение.

Первый пункт программы – поместье Chartwell.

У этого места длинная история. На протяжении 700 лет он менял владельцев. Небезызвестный Генрих VIII не раз останавливался здесь, когда ухаживал за Анной Болейн. Но знаменит дом своим последним хозяином – Уинстоном Черчиллем.

Именно здесь Черчилль прожил большую часть своей жизни. Принимал важные политические решения, писал книги, создавал картины.

Англичане любят Черчилля, и это будет бросаться в глаза на протяжении всей нашей поездки. И если Арсений интересуется Черчиллем, как политической фигурой, то мне было очень интересно узнать о его семейной жизни, жене, детях. А его юные годы? Это же готовый приключенческий роман! Не знаю, взялся ли кто-то экранизировать его побег из африканского плена, но читаются его воспоминания в книге «Мои ранние годы» на одном дыхании.

В Африке Черчилль оказался в качестве военного репортера «Morning post». Шла Англо-бурская война. Надежды Черчилля и его соотечественников на легкую победу рухнули довольно быстро. Буры оказывали жесткое сопротивление, а сам Черчилль оказался в плену. С первого же дня вместе с товарищами по несчастью он начал строить план побега. Однако сбежать удалось ему одному. Один, без карты, еды, без знания языка, он шел через болота и топи, впрыгивал на ходу в товарные поезда и также на ходу выпрыгивал из них при приближении опасности.

Полз по-пластунски между охраняемыми составами и лежал неподвижно часами в мешках из-под угля. Пил воду из луж и канав.

Истощенный и умирающий от усталости, он решился на отчаянный шаг и постучал в один из освещенных ночью домов. И, о, счастье! В этом доме жили британцы – единственный английский дом на много-много миль вокруг! Постучись он в любой другой, его тут же выдали бы.