Воля, Чернышевский и Калачик

А началось моё «животноводство» с маленького рыжего щеночка, который выбрал меня сам.

Воля

Я направлялась из Печор домой. На Рижской мне встретился мальчик, который увещевал своего щенка: «Несчастье моё, пойдём». Я спросила, почему он так называет собаку. Мальчик сказал, что она всюду за ним ходит, неотвязно.

– Подарили на день рожденья, – как-то уныло и беспомощно сообщил он.

– Так ведь и хорошо, что ходит за тобой. Это такой инстинкт у неё, собака – компаньон, должна человека сопровождать.

Хороший у тебя пёс.

Пёс всё это выслушал и пошёл со мной. Гнала. Он было вернулся к хозяину, но вскоре догнал меня, и, вопросительно заглядывая в глаза, бодро зашагал рядом.

Я подумала, что если он выбрал меня, то пусть идёт. Сможет пройти десять километров до хутора – оставлю себе. И совесть мучить не будет. Тем более, для мальчика это рыжее чудо – несчастье, а для меня – некто, совершивший выбор «по родству бродяжьей души».

Я шла привычным шагом, собачонка пристроилась у правой ноги и семенила рядом, иногда отбегая утолить жажду из лужи.

Навстречу попался пожилой сухонький мужчина, ведущий велосипед.

– Вот, увязалась за мной и идёт, – зачем-то сообщила я.

– Ну, так гордиться надо! Собака хозяйку чует, – улыбнулся он в ответ.

Рыжая спина со светлой поперечной полосой на уровне лопаток двигалась далеко внизу, не отставая ни на шаг. Чем-то эта спина напоминала облачение рыцаря-крестоносца. Когда солнце стало жечь в упор, щенок зашёл мне за спину и шагал в моей тени.

Один раз мы остановились отдохнуть на пару минут, когда я немного устала. Тогда она быстро упала на землю в тени и, когда я продолжила путь, снова взяла на себя роль сопровождающего.

Так мы дошли до дома. Было радостно. Я никогда не держала собак и сама не стала бы покупать. Но я с удовольствием стала заботиться о той, которая меня выбрала.

На другой день заехала Анжела, сельский ветеринар, и определила, что это самочка в возрасте молочных зубов.

Поглядев на то, как собака пулей носится по лужайке, она и имя ей дала – Пуля. Это было точное попадание в темперамент щенка. Но был у него уже характер, который заставил прошагать к новому дому десять километров своими маленькими лапками. Я думала пару дней, наблюдала, и, в конце концов, назвала её Волей.

К концу недели Воля уже воспринимала дом и меня как охраняемые объекты и угрожающе тявкала при появлении незнакомых ей людей.