Возвращение Кота

И снова кошачий гомон разнесся по дому. Снова Варя начала увещевать его умолкнуть. Не помогло.

В комнату прибежала мать, увидела перебинтованного Кота – к слову сказать, он сразу же выскочил на веранду, едва открылась дверь – растерянную и явно нашкодившую дочь и потребовала объяснений. Варя сопела, терла нос, говорила едва слышно, не решаясь поднять на мать глаза.

– Почему кошка перебинтована?

– Лечила.

– Опять?

– У неё шрамы.

– Господи, сколько можно тебе говорить, не приближайся к больным животным, – произнеся эти слова, мама Вари вышла на веранду.

 – Что у неё за шрамы?

– Не знаю, я их обработала.

– Чем?

– Йодом и… кремом твоим… для рук.

– Когда ж ты вырастешь, – в сердцах воскликнула высокая широколицая женщина с короткими русыми волосами и грубоватым лицом.

Она села на табурет, посмотрела сначала на понурую дочь, затем на скоблившегося во входную дверь Кота и подперла рукой щеку.

– Ну, и что теперь делать? Тебя пороть уже сил нет, Варька! Чего смотришь, открой ей дверь, видишь же, на улицу просится.

– Ей нельзя на улицу, убежит.

– Пусть бежит.

– Ма, давай Муську оставим. Смотри, какие у неё глаза красивые, – Варя подбежала к Коту, села на пол и, схватив его за морду, повернула к матери. – Видишь? Желтые, а как блестят.

– Принеси ножницы, надо бинты с неё снять. Бедное животное! Давно она с такой перевязкой ходит?

– С утра.

– Бедное животное, – повторила мать Вари.

Избавив Кота от бинтов (о, какое он почувствовал облегчение), Маргарита Дмитриевна с жаром воскликнула:

– Да он не Муська, он Мурзик.

– Кот?! – недоверчиво переспросила Варя.

– Кот, – усмехнулась мать. – Лечила-лечила, а кого лечила даже не в курсе. Все, отпускай его на волю, он достаточно от тебя натерпелся.

– Мам…

– У порога можешь положить немного солянки на полиэтиленовый пакет.

Варя принялась увещевать мать, что Муська… точнее, уже Мурзик, кот не совсем обычный.

Он не похож на бездомных деревенских кошек, он другой – крупный, красивый, умный. У него необычайные способности (какие именно Варя не уточнила), и вообще, если мать позволит оставить Мурзика у себя, Варя станет ангелом во плоти.

Маргарита Дмитриевна не согласилась.

– А в сарае он может жить? – Варвара пустила слезу, правда, было не совсем понятно, настоящую или выдавленную.

– Кот не кролик, в сарае не проживет.