Сказка о Шахматном королевстве, или Изолированная пешка

Раньше, остерегаясь злого Волшебника, многие насельники Гроссландии угодничали. В его честь называли улицы, а на Главной площади висел портрет Великого, где тот проводил парады в свою честь. Но теперь граждане перестали трепетать перед умом и ремеслом волшебника! На Городской площади устраивали музыкальные представления с героями шахматных сказок, турниры для шахматистов. Портнихи шили карнавальные костюмы Пешек и Ферзей. В кондитерской у булочника появились торты и пирожные с фигурками из белого и чёрного шоколада! Дома в Королевстве украшали шахматные флажки и флигели, стены детских комнат расписывали картинками из шахматных историй, а по вечерам в гостиных зажигали свечи, отлитые по формам шахматных Коней или Слонов.

Гросс терял возможность навязывать свою волю жителям Королевства.

– Как Я проглядел появление этого НОВООБРАЗОВАНИЯ любителей шахмат, которое так стремительно разрослось! Дошло до того, что всё Королевство назвали Шахматным.

Как из пустого времяпрепровождения появилась СИЛА пошатнувшая Мою власть? Чего доброго, эти любители шахмат сделают из меня ритуального лидера.

– Мне кажется, Великий, народ может сделать из Вас такого же болванчика, как их фигурки. Будут приглашать на торжественные приёмы, определят содержание, но реальной власти лишат! – рассуждал Виляйхвостиков.

– Да, быстро из безропотных людишек появились умные, анализирующие граждане! – удивлялся Шаркайножков

– Мерзкие шахматы! – Гросс оценил опасность и определился с врагом. – Нужно уничтожить шахматные доски по всему Королевству! Запретить подданным собираться для игры во дворах, во дворцах, на кухнях и в кабинетах? До чего дошло: придумали даже ПАРКОВЫЕ фигуры.

Для этих статуй, каждая из которых будет вровень с восьмилетним гражданином, отвели часть городской площади! Несносное своеволие!!

– Великий прав, но теперь насельники просто так не отступятся! – предположил Ужоизвивайкин.

– Я уничтожу даже всякое напоминание об этой игре!

«Ого! Схватка для кого-то окажется смертельной!» – забеспокоился за себя Виляйхвостиков.