Чёрный, как тайна, синий, как смерть

– «Курица», «курица» по пять франков! Кто участвует? – проходящая мимо женщина в зелёном платье держала перед собой шляпу и торопила делать новые ставки. В следующем забеге участвовало семь лошадей – нужно было семь участников. Каждый бросал в шляпу по пять франков и вытягивал бумажку с номером. Часть выигрыша доставалась женщине в зелёном, а остальные деньги – тому, у кого оказывался номер победившей лошадки.

По-хорошему, Ленуар должен был бы арестовать шляпницу, но сегодня он чувствовал себя больше игроком, чем полицейским.

Как говорится, можно запретить играть, но саму игру запретить нельзя.

Вся троица скинулась по пять франков и стала ждать результатов второго забега. На этот раз «курица» досталась незнакомцу в полосатом галстуке… Что ж, скачки только начинались…

На последний, двенадцатый забег, вывели лучших лошадей. Публика была так разгорячена, что решили ставить весь сегодняшний выигрыш на фаворита последнего месяца.

– Габриэль, ты тоже на Дасти? – спросил уже перешедший с сыщиком на «ты» Барди.

– А на кого же ещё?

Жокеи приподнялись на лошадях, выстрел, и ипподром снова взревел.

– Вперёд, Дасти! – орали Барди и Хоппер.

– Давай, Дасти! – вторил им Габриэль. В этот момент не существовало ничего важнее победы.

Кони быстро пронеслись мимо, ещё пара секунд – и… Но на этот раз первым пришёл Гладиатор…

– Вот чёрт! – схватился за голову Барди.

– М-да… Сегодня не наш день… – процедил сквозь зубы Хоппер и со злостью добавил: – Придётся снова рисовать барышень!

Габриэль только покачал головой.

Теперь у него не было денег даже на обратную дорогу в Париж.

Глава 12

Дом туманов

Обратно ехали молча. Ленуар попросил подвезти его в центр города, подумав, что сегодня сделано достаточно много, чтобы можно было с чистой совестью отправляться домой. Барди вежливо согласился подвезти до Парижа, но было очевидно, что его любезность имеет пределы и дополнительные разговоры по поводу гибели Софии фон Шён она не выдержит.

Пытаясь сбить в дорожной толпе пешехода или, на худой конец, хотя бы голубя, итальянец мрачно давил на педаль… Хоппер достал свой карманный блокнот и при каждой вынужденной остановке делал наброски. На Елисейских Полях он зарисовал, как дети катались в коляске на козе. А на площади Согласия – как мужчина загляделся на незнакомку в новом автомобиле.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».