Девочка, которая спит. Девочка, которая ждет. Девочка, которая любит

Я подождал немного и спросил:

– Ну что, теперь всю ночь будешь плакать? Может, лучше поболтаем?

– Отстань! – вскрикнула Иола. – Я не хочу разговаривать! Лучше бы ты пил дальше свои таблетки и оставил меня в покое!

– Я бы пил, – вздохнул я, – если бы ты согласилась, ну, тоже их пить. Чтобы мы больше не видели друг друга, понимаешь? Думаю, это было бы правильно. А то как можно нормально жить, если за тобой наблюдают?

На самом деле я давно готовился к этому разговору. И наверное, выбрал неудачный момент, потому что Иола перестала плакать, словно оцепенела.

Потом села неподвижно и уставилась в одну точку. Я тут же пошел на попятную:

– Ладно, забудь! Просто я подумал: может, договоримся, чтобы ты хотя бы не все время видела меня? Ну, понимаю, тебе хочется учиться в школе, но есть же еще выходные и каникулы…

Иола коротко и злобно рассмеялась:

– Успокойся, скоро так и будет. Родители хотят поместить меня в больницу для психов. Там в меня наверняка будут вкачивать тонны лекарства.

Заживешь спокойно.

На какую-то долю секунды я ощутил невероятное облегчение. А потом мне стало стыдно, и я попытался успокоить девочку.

– Твои родители просто были огорчены, – сказал я. – Они наверняка ничего такого не сделают и никуда тебя не отдадут.

– Еще как отдадут, – спокойным, даже равнодушным голосом проговорила Иола. – Они уже и документы готовят, я знаю. Я им больше не нужна. Спасибо тебе за это!

Тут я возмутился:

– Слушай, почему я всегда во всем виноват?! Разве я так устроил, что мы видим друг друга во сне? Да я бы на все согласился, лишь бы это изменить!

– Ты виноват в том, что ты трус и слабак! – отчеканила Иола.

 – Зачем ты проснулся в ту ночь, когда я пыталась успокоить сестренку? Испугался детского плача?

Иола сморщилась и отвернулась. Потом сказала с таким отчаянием в голосе, что мне снова захотелось проснуться:

– Я всего лишь хотела ее укачать. Я всегда так делала, когда она просыпалась по ночам. Но из-за тебя я упала на кроватку Юли и чуть не придавила ее.

А родители подумали, что нельзя больше оставлять ее со мной, что я могу ей как-нибудь навредить! Понимаешь, что ты натворил?! И Юлька теперь меня боится, даже в комнату не заходит!

– Я не виноват! – запротестовал я. Но Иола меня даже не слушала.

– Наплевать, виноват ты или нет! Меня навсегда отправят в больницу!

– Да брось! – сказал я, потому что надо же было что-то сказать. – Вовсе не навсегда. Из всех больниц выписывают.