Книга земли

Лучше уж ноги себе подрежу, чем подчинюсь тебе. Так что запомни, Джулия: хочешь спасти подругу – подружись и со мной. Хотя бы на время. И без вариантов.

Сказал – и выскочил за дверь.

В лихорадочном темпе Вельшин отыскал нужное окно, зажег фонарик, вгляделся в почерк Валерия. А потом залез с ногами на широкий подоконник, направил фонарь в окно и начал посылать в зимний полумрак загадочные сигналы. Иногда, когда рука уставала, он выключал фонарь, приникал лбом к стеклу и вглядывался в темноту. Чаще всего смотрел в ту сторон у, где жил его единственный за всю жизнь друг.

Правда, отсюда поселка было не видно. Из огней только редкие костры вспыхивали время от времени в разных местах. Иногда вспарывала вдруг тишину автоматная очередь, пистолетные выстрелы звучали остро и четко, заставляя каждый раз вздрагивать.

Марат задумался: а воевал ли кто из его родни и не может ли находиться сейчас в этом городе какой-нибудь кровный родственник? Кажется, когда он был еще дошкольником и на любом фантике ухитрялся нарисовать танк, мать рассказывала ему что-то про своего деда-полковника.

Но после началась секта, и разговаривать с мамой о чем-либо нормальном стало делом бессмысленным.

Даже своему другу Санину Марат никогда не признавался, как сильно он скучает по матери. Как иногда по ночам подходит к ее кровати и вглядывается в ее лицо. Во сне она кажется прежней, черты расслабляются, пару раз он даже видел улыбку на ее губах. Но все исчезает, стоит ей проснуться, остаются только до предела поджатые губы, взгляд испуганного зверька из-под надвинутой по глаза косынки и шелестящий шепот: «Сыночка, во всем подчиняйся отцу».

После нескольких часов вахты Ворон уже клевал носом и регулярно отключался, не забывая машинально жать на кнопку фонарика. Вдруг в этом полудремотном состоянии привиделось ем у, как девушка с черными косами легкой походкой идет по плац у, вскидывает голову, смеется и машет ем у. Во сне он позвал ее по имени, счастливый, что смог предупредить, что опасность миновала.

Мгновение спустя фонарь удачно приземлился ему прямо на ног у, Марат вздрогнул и очнулся.

Глянул на часы: время для подачи сигнала давно вышло, можно отправляться в свою комнату и спать, спать, спать. Отыскал, чертыхаясь, укатившийся за рогатую статую фонарь и побрел с закрытыми глазами к парадной лестнице.

Толстая ковровая дорожка приятно пружинила под ногами. Ворон навалился грудью на мраморные перила и отказался от мысли разлепить веки.