Подменыш. Внучка демона

 – Арлан, скорее, вытащим ее на берег!

Рванула застежку куртки.

– Не надо никого вытаскивать, – отмахнулся друг. – Ты что, не въехала еще? Тамара Мамедовна и есть русалка.

– Точно не надо? – Вета тут же застегнула куртку обратно под горло. – Это хорошо, а то бы в гимназии меня за ее спасение точно растерзали… Что-о?!

– Ты слышала.

– Химичка – русалка? Вот это да, уму непостижимо! И нам что теперь, за ней прыгать, что ли?

– Не нужно нам никуда прыгать, – закатил глаза воспитанник. – Я специально тебя сюда привел, иначе ты никогда бы мне не поверила.

С этим Громова вынуждена была согласиться.

– Но как, почему?

– Раньше русалки все время проживали в воде, – начал рассказывать Арлан, уже увлекая подругу по обратному маршруту. – А теперь не могут, то ли из-за экологии, то ли шифруются таким образом. Ну вот наша химичка весь день проводит в школе и не помнит, кто она такая. В смысле, считает себя пожилой одинокой женщиной, у которой даже угла нормального нет, так, комната в коммуналке.

А после работы словно в забытьи приходит сюда, прыжок – и она дома. Там, на дне озера, она снова молода и красива, русалки живут в разы дольше людей. У нее множество родни и друзей, муж, детишки. Ночь она проживает с ними, это для русалок самое активное время.

– И помнит, кто она на земле?

– Ага, все помнит. Наверняка рассказывает всем подряд, какие человеческие дети ленивые и тупые. Русалки вообще не в восторге от людей, хотя открытых конфликтов никогда не случалось. Ближе к утру она собирает детей в школу, а учатся оба старших в нашей же школе и у химички на плохом счету, вот умора! Выплывает на поверхность и снова впадает в полузабытье.

Не понимает, почему она в мокрой одежде, на рассвете, в парке. Идет в свою коммуналку, там спит несколько часов, потом отглаживает одежду, начищает туфли. А после спешит на занятия, гонять нерадивых учеников. И так каждый день!

– Жалко ее, – вздохнула Вета.

– А чего жалеть? На дне озера она счастлива. А день – это как сон.

Даже самому счастливому человеку могут сниться печальные сны!

Громова коротким кивком согласилась с его словами. Да уж, теперь нелюбимая всеми учительница открылась ей совсем с другой стороны. Но тут она разволновалась и задала новый вопрос:

– А то, что мы заберем ее волос – этим ей не навредим?

Арлан некоторое время словно не слышал, пинал ногой банку от колы. Допинал до мусорки, ловким ударом отправил туда. И сказал:

– Ну, вообще-то навредим немного.