Полное собрание сочинений. Том 18. Посиделки на закате

Золото, даже малая его крупинка, ляжет на дно, а все остальное надо терпеливо смыть. В этом вся технология добычи золота, известная человечеству уже шесть тысяч лет. Она одинакова, вертишь ли этот лоток или работает громадная, как пароход, драга… Я отчаялся разглядеть в тонком слое песка желанную золотую пылинку. Но мне сказали: не надо сдаваться. И наконец вот они, блеснули две золотые пылинки! Их тут же упаковали в стеклянную, заполненную водой капсулу и вручили ее вместе с похожим на бумажные деньги свидетельством о том, что такой-то был на Клондайке, мыл золото и кое-чего добился.

Таков финал оперетты с названием «Золотой Доусон».

Джон Бинклей, зная, как мне хотелось «намочить нос» в Клондайке, показал тропку, по которой от аэродрома можно сбежать к реке… И вот он, Клондайк, тысячи лет перетиравший кварц, в котором спрятаны жилки металла, рождающего человеческие страсти. Обыкновенная речка, бегущая по камням. Не очень глубокая, говорливая. По берегам – заросли трав, ивняка, осин и ольшаника.

Пяти минут мне хватило разуться, забрести в воду и смыть с лица пыль. Клондайк – речка, каких тут тысячи. Но тридцать лет после покупки Аляски Соединенными Штатами она пребывала в безвестности. Клондайк заставил о ней говорить.

Бросив на прощание пару камешков в воду, я побежал к самолету. А минут через десять мы опять увидели Доусон сверху, сделали над ним круг, уже узнавая, что и где в городе расположено.

Хорошо поработав в короткое лето, зимой, подобно местным медведям, городок засыпает.

Тысяча восемьсот его жителей отдыхают от наплыва туристов – охотятся, пилят лес, запасаются сувенирами из меха, дерева и, конечно, из золота, которое тут помаленьку все еще добывают.

• Фото автора. 19 февраля 1991 г.

Семейное дело Бинклей

Приезжающий на Аляску непременно сунет нос в туристский проспект. И там среди ярких картинок он непременно увидит пароход, вызывающий в памяти Марка Твена, – высокая труба с черным ажурным кокошником, сзади – гребное красное колесо, нарядные палубы… И если пути приведут человека в Фэрбанкс, тут пароход он увидит едва ли не на каждом рекламном листе.

И, конечно, у него появится желание прокатиться на этой посудине, напоминающей постройки знаменитого Диснейленда, потому что дым из трубы не идет, гребное колесо на корме крутит не паровая машина, а дизель.

Аляскинец Джон Бинклей, когда мы с ним познакомились, рассказал историю судна и пригласил в Фэрбанкс.

– Я штурман.