Ники и Кейдж. Горизонты судеб

Джанис предупредила Рози, что ее не будет на работе несколько дней, и был выбран день отъезда. Кейдж в свою очередь тоже не оставался равнодушным. Хорошее настроение людей, с которыми он жил, передалось и ему. Он был более игривым и озорным в эти дни. На радостях как-то порвал старые шлепанцы Джанис и ее кухонное полотенце. Как он смог разорвать ткань на такие ровные полоски осталось загадкой для домочадцев.

Вещей в дорогу набралось всего один чемодан, и это на двоих. Рано утром, Джанис, Ники и Кейдж отправились на вокзал.

Мальчик вел свою собаку на поводке, на этом настояла его мама. Женщина опасалась, что Кейдж куда-нибудь убежит, и они опоздают на поезд. На вокзале, в столь ранее время было многолюдно.

– Мама! – воскликнул мальчик, – вон в том месте я встретил Кейджа!

Николас показывал рукой в то самое место, где впервые познакомился с большой собакой. Сегодня на этой скамье сидела молодая пара с двумя детишками. Они посмотрели на Ника и его маму, из-за того, что мальчик показал рукой в их сторону.

– Не показывай пальцем, – шепнула Джанис сыну.

Джанис купила билеты, и теперь они с нетерпение ожидали прибытие поезда. Вот вдалеке раздался долгожданный гудок, и показался поезд. Зеленые вагоны медленно остановились, пассажиры поднимались в вагоны, занимая свои места. Подходила очередь семейства Престон.

– С собакой нельзя! – вдруг совсем рядом, прозвучал раздраженный голос кондуктора.

Николас взглянул на мать. Джанис тоже непонимающе оглянулась. Высокий, худой мужчина остановился рядом с ними.

Он с пренебрежение посматривал на Кейджа.

– С собакой нельзя в поезд, – снова повторил он.

Джанис растерялась, она не знала, что на это ответить. Очередь замерла, так как Престоны закрыли собою проход.

– Но… у нас билеты, вот, пожалуйста, – женщина поспешно показала билеты кондуктору.

– Все равно, с собакой нельзя, – бегло глянув на билеты, просипел мужчина, – такой порядок, тем более, ваша псина размером с теленка.

– Он не кусается! – выкрикнул Николас, крепче сжимая в руке поводок.

– Это не имеет значения, кусается, не кусается, – ворчал кондуктор, – нельзя, значит нельзя!

– Но как же так! – возмутилась Джанис, – он едет с нами, мы не можем его оставить!

– Все! Нельзя так нельзя! – теряя терпение, со злостью и очень грубо ответил мужчина.

– Он не кусается! – снова произнес Николас, одновременно протискиваясь в вагон.

– Куда! – рявкнул кондуктор, хватая мальчика за рукав.

Он схватил Ника очень грубо и быстро.