Мир меняющие. Один лишь миг. Книга 2

Тень пролетает мимо и чудится, что самое страшное – позади. Стела тормошит ребенка, стремясь разглядеть его лицо, узнать, откуда он, кто он. И видит – это она, Стела, только девочка еще, не больше 10 новолетий ей, и вместо глаз у нее дыры, сочащиеся гноем и сукровицей. И понимает – вот оно, самое страшное.

Стела проснулась от своего крика, села на постели, сердце стремилось выпрыгнуть из-под ребер. Занавеси колыхнулись, и одна из ее надсмотрщиц заглянула в комнату, вопросительно разглядывая девушку. Близился рассвет, и серый сумеречный свет заполнил комнату.

Стела успокоила вошедшую, сказав, что приснился страшный сон. Надсмотрщица кивнула и торопливо ушла, чертя руками отвращающие знаки. Крамсоны свято верили в то, что все сны, которые вспоминаются после пробуждения – сбываются. Поэтому страшных снов боялись не меньше, чем попадания в Красные башни. Стела больше не смогла уснуть. Она села на постели, обняв колени и задумалась так, что потеряла счет времени. Ей вспомнилось пребывание среди менгрелов, которые растили ее как свою дочь, первая встреча с кровниками – такая краткая, но такая волнующая. Глаза застилали непрошеные слезы, и нестерпимо хотелось вырваться отсюда – так нестерпимо, что хоть прыгай с башни. Она не заметила, как вошел бухан, который как-то по-новому разглядывал девушку, стоя неподалеку от входа. Ему донесли, что пленнице снился страшный сон, а он, как истинный крамсон, свято верил в силу сновидений, поэтому сейчас радовался, как все складывается. Награда в один скип за ту, которая может принести несчастье – это более, чем выгодное предложение, даже если он потеряет юношу, на которого положил глаз, даже если придется отдать его императору за просто так – по-любому остается в выигрыше. Краусс постоял-постоял, и решил не тревожить ее раньше времени. Вышел тихо, лишь легонько колыхнулись занавеси выдавали.

Пришел рассвет, развеяв сумрак, ночные кошмары и тяжелые раздумья. Стела приподнялась, разглядывая тот кусочек неба, что виднелся сквозь узенькое оконце в спальне.

Небольшие полупрозрачные облачка проносились в высоте, следуя своим путем. Солнц еще не было видно, но их радостный свет заливал уже все вокруг, проникая и в комнату. Появилась служанка – не та, что приходила ночью, другая, хотя и тоже закутанная до глаз. Они были похожи, отличие было лишь в росте и запахе – повыше, и она пахла по-другому, чем-то горьковатым. Знаками показала, что пора в купальню. Стела покорно пошла – а куда деваться.