Виктория!

Мы решили вернуться на звездолёт, но оказалось, что и он пропал. Воздух в капсуле был ограничен, да и еды не было. Я на автомате установил поиск и сигнал для нашего звездолёта, и мы все решили, погрузится в анабиоз. Сначала мы естественно в кокон уложили собаку, а потом и сами легли. Мы надеялись что «Москва» вернётся за нами, а вместо «Москвы» вы….». Евгений Николаевич замолчал, нахмурился и задумался.

Все в недоумении посмотрели на него.

Алексей подался вперёд, – «что с вами…? Что – то не так…?», – спросил он.

Евгений Николаевич помолчал, потом выпрямился и сказал.

– «Странно всё это, очень странно! Устанавливая сигнал «SOS» для звездолёта «Москва», я не посылал сигнал на другие частоты. Капсула слишком мала для посылки какого либо сигнала на подобное расстояние, тем более радиус сигнала капсулы довольно ограничен. Сигнал просто не дошёл бы до земли. Это мог сделать только большой звездолёт, такой как «Москва». А это значит что «Москва» ещё жива! Значит, есть надежда найти её».

Гордеев поставил свой стакан на стол, и повернувшись к профессору сказал.

– «Мы изначально летели за «Москвой», и не предполагали встретить вас.

Мы даже предположить не могли, что вас найдём в том положении, в котором вы оказались».

– «Да, да я понимаю…», – сказал профессор, – «и я бы был удивлен такому повороту. Но меня сейчас больше интересует, где наш звездолёт, и что произошло…?».

Дима, который молчал всё это время, решил разрядить обстановку.

Он, улыбнувшись, сказал, – «я знаю что произошло, не даром ведь эту систему назвали «Летающими ведьмами»!».

Все с интересом посмотрели на него, а профессор Северный, усмехнувшись, недоверчиво спросил.

– «Интересно, что же вы такого узнали, чего не знаем мы? Мы тут три года зависали и изучали эту систему, я полжизни потратил на неё, а вы молодой человек только прилетели и уже всё знаете?».

Елене очень не понравился тон профессора. Она была хозяйкой на «Виктории», и все кто на ней находился, (команда, пассажиры или учёные) – были под её ответственностью, а значит, она не могла позволить обижать свою команду.

Елена резко поставила стакан с апельсиновым соком на стол и резко повернулась к Северному.

Повернувшись к профессору, она сказала спокойным почти ледяным не терпящим возражений тоном.