Заявка в друзья

 – На этих баб обижаться последнее дело, хотя… Ты сегодня в зеркало смотрелся?

– Смотрелся, – Олег почесал на шее щетину, тяжело вздохнул.

Внешний вид желал лучшего и надеялся на более здоровый образ жизни, но праздники, все равно какие, по русскому человеку бьют всегда тяжело, с последним надрывом и обязательно почему-то ниже пояса. После них необходимо или записываться на прием к участковому терапевту, или срочно брать на работе дополнительный отпуск, чтобы хоть как-то прийти в норму и поправить здоровье.

Олег вздохнул во второй раз, взъерошил на затылке отросший ежик полубокса и уставился в оконное стекло. На него смотрело бледное подобие с темными глазами, припухшими веками. Черты заострились, щеки ввалились, фундаментальным остался лишь широкий подбородок да бычья шея.

– И, по-твоему, за кого тебя должны были принять? – Толик потянулся за второй банкой. – Через два года пятера с ноликом нарисуется, шестой десяток разменяешь. Хоть пей, хоть не пей, а вид один будет. Пенсионный!

Толик рассмеялся и засмаковал во рту кусочек вяленой рыбки.

– Возраст причем? Наглая молодежь всех под одну гребенку гребет. Ведь наверняка соплячка какая-нибудь малолетняя, а все туда же – ярлыки вешать…

– Да что ты так распылился? – Толик удивленно уставился на друга, будто видел в первый раз. – Плюнь и разотри. Подумаешь, «алкаш». Меня вон Полинка как только не называет, а я ничего, на провокацию не поддаюсь. А почему? – Толик выдержал театральную паузу. Но Олег его не поддержал, молча смотрел вдаль распахнутого окна.

– А потому, – продолжил лектор, – если один раз сорвусь, то такой меня ударной волной накроет, мало не покажется. Выгонит она меня из дома, как пить дать, выгонит.

– И правильно сделает, – усмехнулся Олег. – Ты, Толик, во время запоя редкостной свиньей становишься, уж не обессудь. Ни один человек терпеть не будет.

– Но ты же терпишь, – логично заметил слегка захмелевший гость.

– Я твой друг, а она жена. Женщина. Понимать надо, – Олег снова тяжело вздохнул, отвел взгляд от созерцания горячего воздуха за окном и посмотрел в мутные глаза бывшего сослуживца.

– Эх, брат, выбирайся ты из этого болота. По старой дружбе советую.

Дружба, действительно, уходила корнями еще в суворовское военное училище. Но если Олег был родом из Твери, где находилось учебное заведение, то Анатолий родился в Краснодаре, куда и вернулся после выслуги лет, а заодно и друга уговорил переехать на постоянное место жительства.