Тайны Большой Академии Волшебных Наук. Роковая шалость

Домой

– Вы что, издеваетесь? Мы поедем на поезде? – негодовал Стефан стоя на перроне вокзала. – Да на нём два дня тащиться, я так свой День рождения пропущу – орал он, красный от злости – у вас, что жуки-вонючки закончились? Давайте у кого-нибудь одолжим мётлы, ковёр-самолёт, летающую машину, можно же воспользоваться порталом, тем что переместились сюда. Позвоните моему отцу пусть немедленно меня заберет, я не хочу садиться в поезд.

– Прекрати истерить – строго произнёс Эдвард – этот поезд скоростной, завтра с утра будем в Питере.

– Вот ещё, ни за что туда не зайду – упрямился Стеф.

– Тогда оставайся здесь – отрезал директор.

– Вы не посмеете меня бросить, Вы несёте за меня ответственность – спорил с ним мальчик.

– К сожалению, ты прав, поэтому твои пререкания бесполезны – спокойно говорил мужчина – я больше не хочу слышать твоего недовольства.

– А, как же Ваше хвалёное: «Все имеют собственное мнение и возможность его открыто высказывать»? – издевался наглец.

– Верно, если это мнение не доставляет дискомфорта окружающим – согласился с ним Эдвард – к тому же ты привлекаешь к нам излишнее внимание.

Роберт удивлялся, как директор никогда не теряет самообладания и умудряется логично и достойно отбивать все аргументы строптивых детей. Видимо и Стефан согласился с разумными доводами взрослого, сел на скамейку, достал свой телефон и затих, уткнувшись в экран.

Вечерело. Половина пути была пройдена под мерный стук колес. Они ехали в одном купе, по поводу чего Стефан долго возмущался.

В конце концов приняв доводы о лучшей безопасности согласился, забрался на верхнюю полку и уставился в телефон. Роберт лежа на верхней полке какое-то время рассматривал ничем непримечательный пейзаж за окном, затем решил подремать. Эдвард с Павлом обсуждали тактику дальнейших мероприятий рассматривая карты и графики на планшете.

К полуночи все улеглись. Стефан до сих-пор был занят своим телефоном, лежа на спине, Роберт отвернулся к стене. Вдруг из обшивки потолка поезда над Стефаном обрисовалось лицо его матери.

Оно улыбалось, приставив палец ко рту, но Стефан все же воскликнул от удивления – Мама?

Снизу Эдвард открыл глаза. Лицо тотчас же исчезло.

– Ты, что-то сказал? – спросил директор Академии.

– Нет, ничего – успокоил его мальчик. Эдвард закрыл глаза и лицо матери Стефана снова появилось. Оно улыбалось Стефу и кивало в сторону двери. Тот спрыгнул с верхней полки, надел обувь и открыл дверь.

– Ты куда? – спросил его Эдвард.