Такие сложные простые истины

 – Чумная баба!

Ну, стыдно, конечно! Но проехать лишнюю остановку, а потом возвращаться обратно было еще хуже. Ладно, перетерплю. Все эти мысли о прошлой полной одиночества жизни навеяли еще большую тоску. К работе я подходила уже в отвратительном настроении. Листья, втоптанные в грязный асфальт, огромные лужи, моросящий дождь, мерзкий холод – все признаки для поздней осенней депрессии, плавно переходящей в затяжную, заунывную зимнюю невралгию.

– Елена Алексеевна! – сердце просто остановилось.

За моей спиной стоял финансовый директор. Сейчас укажет на часы и лишит годовой премии на рождество. – У меня к вам необычная просьба.

Это ещё что такое? Пришлось встать по стойке «смирно» и улыбаться.

– Моя секретарша заболела. А сегодня такой день, что присутствие на собрании акционеров обязательно. Годовой доклад, ну, вы понимаете?

Я согласно кивнула головой, совершено не понимая, что от меня хотят.

– Вы, Леночка, просто должны поехать со мной в головной офис и помочь всё подготовить к выступлению.

 – Его рука как-то приятно сжала мой правый локоть, а на лице растянулась масленая улыбка мартовского кота.

– Почему я? – задала глупый вопрос, но это всё, что пришло мне в голову.

Заместитель директора по финансовой части, а между нашими сотрудниками просто Петя, был достаточно солидный, взрослый мужчина пятидесяти лет. Характером спокоен и временами даже, вот как сейчас, до безобразия вежлив. Заметная плешь и чуть выпирающий животик под модным пиджаком, тем не менее, не мешали ему волочиться за каждой новой юбкой в отделе маркетинга.

Поговаривали про его многочисленные похождения при том, что жена Пети ежедневно приезжала к нему на работу и подолгу болтала с его секретаршей, контролируя каждый шаг мужа. Говорил он всегда тихо, сдержано, никогда не улыбался, и глаза его всегда смотрели прямо на собеседника, словно гипнотизировали. Он мне не нравился, напоминал удава, и провести рядом с ним полдня представлялось чем-то ужасным и безысходным.

– Потому что вы, Леночка, составляли этот доклад, – Пётр Иванович стал терпеливо объяснять. – И в случае, если возникнут какие-нибудь вопросы, вы поможете мне более подробно пояснить их перед собранием акционеров, я надеюсь.

Ну, что тут скажешь? Череда неприятностей продолжалась, это был такой день, и он только начинался. Стрелки на часах показывали без десяти минут девять.