Прости грехи наши… Книга первая

Кларочка поглядела на свое отражение в стекле, и тоже расхохоталась.

– Мамаши! Как же, вам не стыдно! – приоткрыла дверь медсестра Верочка, сердито сдвинув свои брови-ниточки, – Одни неприятности с вашей палатой, а еще взрослые люди, – и она решительно нажала на выключатель.

– Вечерняя психразминка. Все, девочки, спим!

Анна проснулась от стука и вскочила на кровати. Она приложила ладонь ко лбу. Пряди слиплись от пота, кожа ее пылала. В палате было темно, соседки давно спали. Что-то опять хлестнуло по стеклу.

Женщина обернулась.

Мелкие дождинки конопатили окно, подвывал тоскливо ветер. Серые, словно огромные птичьи лапы, бились кленовые ветки о раму.

– Холодно, потерпи, дружок… Весна, весна уже…, – она прикрыла глаза, кутаясь в колючее одеяло. Ее существо охватила неудержимая дрожь. Анна чувствовала ее даже сквозь сон, но ничего не могла поделать. Скоро озноб сменился жаром, и сознание женщины начало путаться. В охватившем бреду, Анне грезилось, как, задыхаясь от страха, она куда-то бежит.

Страшные чудовища ползли на нее со всех сторон. Женщина напрасно пыталась спастись от жутких призраков, преследовавших ее больной разум, они настигали ее в последний момент и душили…

Анна в беспамятстве забилась на больничной койке, будто пытаясь стряхнуть с себя адово пламя разгорающейся болезни. Срываясь на крик, она громко позвала пылающим ртом:

– Вася! Вася! – и тут же, захлебываясь слезами, отчаянно просила мужа, – Не уходи! Не бросай!

Клара заворочалась первой и в ужасе обнаружила мечущуюся в агонии женщину.

Разбуженная Зинка, сообразив, в чем дело, шлепнула свои икристые ноги в тапки и выбежала в коридор.

– Вера Геннадьевна! – позвала она медсестру. – Крушининой плохо!

Верочка устало протерла глаза, выключила настольную лампу.

– Досмеялись, – недовольно пробурчала она сонным голосом, – Сейчас Зинаиде Прокопьевне позвоню.

Врач пришла через час. Анна лежала тихо, смирно: подействовал укол, сделанный медсестрой и мокрое полотенце, наложенное перепуганными женщинами.

Зинаида Прокопьевна смахнула его, приложила взамен свои холодные пальцы.

– Температура, Вера Геннадьевна?

Верочка засуетилась, и еще раз обо всем по порядку доложила.

– Вчера-то, все было хорошо…, – бросая робкие взгляды на медсестру, виновато бубнила Зинка.

Клара также была напугана. Запрокинув рыжие ресницы, из-под которых блестела стеклянная голубизна, она вертела градусник между пальцами.