На той стороне

В боковом флигеле, тоже двухэтажном, в окне на втором этаже прямо у входной лестницы горел свет. Окно было распахнуто. Это было не менее странно, чем всё, что произошло до этого. Октябрь на улице, а тут окно – старинное, деревянное – распахнуто настежь.

Терять Ане было нечего и она осторожно пошла на свет. Может быть, люди – жильцы этого дома пустят её на пару часов зарядить телефон?

Глава 6. Когда тебя ждали

В окне второго этажа флигеля на фоне льющегося из него яркого света Аня увидела два силуэта.

Один из них – широкий, мужской курил терпкие пахучие папиросы. Огонёк мелькал то вверх, то вниз. Второй – маленький, девичий и хрупкий, вглядывался в полутьму двора. Повеяло чём-то знакомым, но Аня проигнорировала это чувство и подошла к окну.

– Здравствуйте! – Как можно громче сказала она. – Не могли бы вы мне помочь?!

Девичий силуэт свесился через широкий подоконник и знакомым голосом обратился к мужскому, не скрывая радости в голосе.

– Пришла! Пришла, дядюшка.

А ты сомневался! Не зря я ей кофе делала по особому рецепту. – И, обращаясь уже к самой Ане, девушка приветливо замахала рукой. – Здравствуй Аня, а мы ждём тебя, ждём! Я же говорила, что ты придёшь! А дядя сомневался!

– Добрый вечер, Аннушка, – проговорил, наконец, собеседник девушки, и Аня узнала его сразу же. – Что же ты мерзнешь на улице? Проходи в квартиру. Поднимайся к нам, ну же!

Аня оторопела. Она слышала голос утреннего спутника в поезде, того самого, которому сначала нахамила, а потом помогла.

Как там его звали? Странно как-то. Ах да, Порфирий Игоревич, кажется.

Только как они её узнали? И почему так странно говорит девушка? Какой кофе она ей делала?

А девушка уже исчезла из оконного проема, открывала дверь подъезда, впуская Аню внутрь. Ее розовые волосы подсвечивались светом из подъезда. И Аня узнала и второго человека – администратор и бармен из кафе, которая поила ее кофе.

– Привет. – Ничего не понимая, вымолвила Аня и вошла в открытую дверь.

Внутри было тепло и пахло старым подъездом. Девушка, шлепая большими, с чужой ноги комнатными тапочками, поднималась по узкой, судя по всему черной, лестнице на второй этаж, болтая с Аней.

– Я же говорила, что ждут тебя. Вот, дядюшка и ждет. Битый час у окна стоял, простудиться мог.

Аню взяло зло. Если она должна была попасть к официантке домой, почему же не сказать сразу? Ей бы не пришлось тогда шататься под дождём по тёмным улицам, рискуя простудиться.