Эмма Дженкинс

Сегодня мы снова у Лая в мастерской. Мы?– это я, Лай и наш черноволосый мрачный морталист. Ребята уже который час за работой?– мастерят артефакт за артефактом. Маг смерти связывает заклинания, а маг земли накрепко запечатывает их в браслеты из агатов. Я стараюсь помочь: подаю нужный инструмент, подношу воду, промокаю полотенцем мокрые от пота лбы. Все мы который день спим урывками и измотаны работой.

Дверь резко открывается, входит Рид. По сравнению с ним мы трое кажемся румяными и отдохнувшими. Бледное лицо, темные тени под глазами, заострившиеся черты лица: кажется, он не валится с ног только из упрямства.

– Нужно еще. Боли усиливаются.

Наш мрачный друг сгребает в охапку готовые артефакты и подходит к вошедшему.

– Вот, держи. Отнеси все сразу, и, пожалуйста, Рид, иди спать. Мы все должны быть в форме, иначе,?– он трет пальцами переносицу,?– вряд ли что-то выйдет.

– Где Эд?

– Готовит иллюзии, чтобы нас не спалили как младших школьников.

– Спасибо, Тери,?– Рид тяжело хлопает брюнета по спине.

?– Я в долгу перед всеми вами.

С этими словами водник спешит обратно к своей матери.

Тери возвращается за стол и устало проводит ладонью по лицу.

– Я мог бы освободить ее от жизни хоть сейчас,?– говорит он, глядя перед собой,?– и это было бы самым милосердным, что можно придумать. Но демоново время, нам всем нужно время.

Он прав, мы все знаем об этом. Оставшееся время жизни матери Рида?– все, что есть у нас для подготовки хоть какой-то защиты. И, как ни противно признавать, по большей части все это из-за меня.

Мне скоро предстоит стать мачехой нашего водника. А значит, как только душа матери Рида отправится к Источнику, мою жизнь можно считать законченной. Пара лет, и все. Мы знает, чем обусловлен этот выбор и какие планы вынашивает один из самых сильных магов королевства. Именно поэтому Лай и Тери как ненормальные мастерят обезболивающие артефакты, а Эд готовит нам прикрытие. И остается только надеяться, что у нас все получится, иначе…

Я просыпаюсь среди ночи и какое-то время лежу, глядя в темноту.

Откуда эта странная смесь отчаяния, решимости и вины? Тери. Я повторяю про себя это имя, оно вызывает в душе спокойствие и печаль.

Глава 7

Новые предметы мне неожиданно понравились. Это было что-то свежее, необычное, и, главное, было ясно, зачем нам та или иная дисциплина. С одноклассниками мы если не сдружились, то хотя бы начали общаться. Даже Ханна снизошла до приветствий. Но нос все еще продолжала задирать.