Эмма Дженкинс

Как-то раз мэтр Далтон даже специально напугал меня, подкравшись и громко крикнув в тот момент, когда я сосредоточенно пыталась ощутить пульсацию ладоней, поднесенных к ростку. Эффекта все равно не было?– нужного, я имею в виду: я от неожиданности подскочила, отдавив ножкой стула ногу мэтру и заодно разбив горшок с испытуемым растением.

Свободное от занятий и уроков время я проводила в библиотеке, пытаясь найти хоть какую-то информацию, способную пролить свет на события моего последнего сна. Гибель сильнейшего мага воды, главы рода, да еще при таких странных обстоятельствах должна быть зафиксирована.

Но ни в энциклопедии по истории магии, ни в учебниках истории я подобного не нашла. И это ужасно расстраивало. Очень многое отдала бы, чтобы выяснить, остались ли живы эти люди после смутных лет. Еще мне надо узнать их полные имена. И понять, что именно меня с ними связывает.

Пока было ясно одно: связующей нитью между мной и ребятами из моих снов служил мамин медальон?– украшение, из которого Лай сделал некий артефакт, объединяющий их всех.

Но как же мне не хватало деталей, из которых можно сложить картину полностью! Внезапную помощь мне, сама того не ведая, оказала мэтрисс Роджерс на дополнительных занятиях по истории. Помимо внушительного списка исторической литературы, которую надо было прочесть в дополнение к основному курсу, она обязала нас завести специальные альбомы, куда мы должны были еженедельно вклеивать значимые, с нашей точки зрения, вырезки из свежих газет, ибо «именно эти привычные для вас новости со временем сформируют то, что мы зовем историей». На этих словах меня и осенило: я не там искала, совершенно не там! Энциклопедии могли о чем-то умалчивать, если ничего значимого с научной точки зрения герои моих сновидений не открыли. А вот газеты тех времен молчать о подобных происшествиях не стали бы. Значит, мне нужно отыскать подшивку газет той поры. Я с трудом дождалась конца занятий, чтобы, побросав в сумку вещи, поспешить в библиотеку.

К моему разочарованию, газетных подшивок в школе было негусто.

Несколько специальных изданий, связанных с магтехникой и педагогикой,?– вот и весь выбор. Надо полагать, я так заметно разочаровалась, что мэм Пинч не смогла не поинтересоваться, зачем мне, собственно, понадобилась такая малоценная для учеников вещь, как старые газеты. Повезло мне дважды. В том, что мэм Пинч и мэтрисс Роджерс были подругами, и в том, что мэм Пинч нежно любила историю и всякого рода архивы.