Непреодолимые обстоятельства

Но Лелька и, правда, задумалась о зале. И чтобы мать не узнала, она нашла зал недалеко от работы. Это была та же сеть, где теперь работала подруга, и Катька даже смогла перенести её бесплатное занятие в другой филиал.

– У нас там такие мужики ходят, ммм…, – шёпотом вещала Катька, облизывая вдруг пересохшие губы, – ты бы их видела! Я туда документы по нашему филиалу возила, так мне девчонки рассказали про всех.

Лелька жевала очередной тазик салата.

– Сынок хозяйский так себе, хамоватый, а вот друзья его, мм, пЭрсик! Все они – кавказцы, конечно, но зато спортивные, мускулистые, а смотрят так, что девки текут сразу, – исходила слюной подруга.

– Фу, Кать! – Скривилась Лелька. Есть расхотелось. Отставив от себя тазик, махнула рукой, желая завершить тему фитнес-зала. – Давай уж адрес, схожу!

Глава 3. «Охота» на Булку и йога в гамаках

Следить за Булкой стало традицией. Рус чувствовал себя маньяком. После работы он больше не ехал в клуб и по тусовкам, а ехал домой, чтобы лечь пораньше.

Утром же, до рассвета, поднимался и, завершив все утренние ритуалы, мчался по притихшему, пустынному городу на рабочую окраину в неприметный спальник. Там он парковал машину и ждал. Где-то в 5.30 из подъезда вываливалась Булка. И то ли ему так казалось, то ли правда, что-то работало, но с каждым разом она бегала всё шустрее.

Подходить ближе он не хотел. Увидит – поймёт, что он следит за ней, напугается ещё. Но так хотелось увидеть её личико, раскрасневшееся от напряжения. Извращенец, решил Рустем.

Словно одержимый он приезжал каждое утро вот уже неделю и наблюдал за девчонкой.

Вчера ей удалось подтянуться один раз. И Рус порадовался за нее, как за собственную победу. Булка спрыгнула с перекладины и стала пританцовывать от радости. Это было смешно и очень мило. Легинсы болтались на ней и он понял, что девчонка схуднула.

После этих странных часов, когда Булка трудилась, не покладая рук, приседая, а Рус за ней наблюдал, он возвращался домой через пол-Москвы, принимал душ и ехал на работу.

А вечером все чаще спускался в зал, чтобы самому помахать кулаками, высвобождая скоплению энергию.

Через неделю он вдруг понял, что все это время у него не было женщины. Эта мысль пришла к нему неожиданно и странно поразила. Особенно, учитывая, что за эту неделю он не думал ни об одной женщине, кроме Булки, но разве можно было назвать это чудо с косой женщиной? Это ж недоразумение сплошное. Смешное и местами нелепое. Но ужасно милое.