Геония. Центурион. Мастер Миража. Предсказатели

Инструкции Аналитика не запрещали подобного оборота – яростно возражала сама природа Хиллориана. Доверчивость – опасна, раскрывшийся – обречен.

Контейнер лежал неподалеку, на полу, у самой двери, его грани блестели под лучами солнца. Полковник закончил собирать пистолет, отправил на место последнюю деталь и убрал оружие в кобуру. На что там намекал Аналитик? Может, уничтожить контейнер, не открывая?

Хиллориан поднял куртку, встряхнул ее от пыли, одернул мешковатый капюшон за спиной. Мысль насчет ящика не отпускала.

Наблюдатель припомнил бескровные губы и тонкую улыбку Аналитика. «Слушайся реликтового пси-критерия, который дураки зовут совестью». Отличный совет, что делать, если совесть молчит?

Хиллориан выбрался из бункера, оперся о скалу, бесцельно заглянул в Воронку – в десяти метрах ниже желтел карниз следующего яруса, но дна как будто бы не было совсем.

«Может, стоит забыть о словах Аналитика, мало ли что сболтнула полумертвая груда плоти? – подумал он. – Вернусь в Порт-Калинус, сдам находку в Департамент, получу награду и отпуск.

Контейнер блестел ребристыми боками. «Обидно все же уничтожать его, не открывая. Надо же, рука не поднимается…».

Хиллориан запрокинув голову и посмотрел вверх. Южный горизонт снова наливался свинцовой мглой. Над самим кратером пустое небо, наоборот, отливало кобальтом. Над бездонной ямой Оркуса не только не парили птицы, там не было даже мух.

«Зачем я сам-то мухой вьюсь над этим ящиком, все вокруг да около.

Приняв такое решение, наблюдатель действовал точно и аккуратно. Он поднял ящик, тщательно осмотрел его, нашел тончайшую трещинку и поддел ее ножом.

Потрясенный до глубины души он смотрел в этот ящик. Смотрел еще и еще, словно не верил глазам своим… На небольшом квадрате дна, там, где пристало покоиться ключу к судьбе самого Хиллориана, там не лежало… ничего!

Полковник, убедившись, что это не галлюцинация, отшвырнул коробку – бесполезная железка с обиженным звоном покатилась по камням.

– Нет, ну только не это! Маразматик, сукин сын!

Тень мертвого Аналитика ехидно молчала, ничуть не потревоженная проклятьями.

Септимус Хиллориан дрожащими пальцами нащупал в кармане прощальное послание Старика, извлек черный квадратик; вытащил из сумки бесполезный, безнадежно мертвый уником, попав со второго раза, втолкнул квадратик в щель.