Геония. Центурион. Мастер Миража. Предсказатели

Она вытерла непроизвольные слезы и вернула ладони на виски лейтенанта. Боль вернулась, но стало немного полегче. Джу поняла, что Дирк чувствует ее присутствие, верит ей, и осторожно потянула боль на себя. Холодное страдание умирающего, переходя к живому человеку, превращалось в палящий огонь. Белочка держала голову лейтенанта на коленях и плакала. В воспоминаниях звенели прохладные фонтаны Параду, бегал, коротко тявкая, щенок, сверкая боками, катился оранжевый мяч. Дирк слегка расслабился. Пламя боли чуть угасло, но тут же разгорелось снова.

«Великий Разум, мне не справиться одной». Помощь пришла с неожиданной стороны, в серой мгле нарисовались новые силуэты – светящийся Иеремия и маленькое, яркое пятно – отблеск сущности Мюфа за спиной луддита.

«Спасибо». «Не за что, девушка, сочтемся потом». Дирк замер, вытянувшись. Он еще не умер, но больше не страдал. Белочка снова коснулась разума вертолетчика и какое-то время наблюдала обрывки его собственных воспоминаний – утонченная, аристократического вида старуха в коричневом бархате (мать?), иссиня-черные волосы смуглой женщины, близнецы с бумажным змеем.

Белочка и Дирк, оба они точно знали, что близнецы будут жить очень долго…

Джу осторожно и мягко разорвала контакт и дождалась остановки дыхания раненого. Потом встала, отряхнула каменное крошево с дрожащих от слабости колен.

– Умирают все. Но никто не должен умирать в грязи и ненависти.

Иеремия все так же молча, скрестив руки, стоял в углу. Джу заметила среди битого камня пистолет Дирка, подобрала и сунула себе в карман.

Потом, слегка шатаясь, выбралась из штрека. Стриж шел сзади, не отставая, и она обернулась, чтобы посмотреть иллирианцу в лицо. В выражении глаз Стрижа было нечто странное, Джу поняла – он впервые посмотрел на нее всерьез.

– Я могу вам чем-нибудь помочь?

Она отрицательно помотала головой.

– Насчет чистой смерти – быть может, вы и правы, Джу, но я слишком часто видел, как люди именно так и умирают – в грязи. И еще – простите меня и простите всех нас за эту безобразную сцену.

Глава 12. Полевая философия

Каленусия, Горы Янга, кратер Воронки Оркуса, день «Z+17»

Тело Дирка осталось в штреке – его заложили камнями, возведя над местом обвала грубое подобие саркофага. Полковник держался отчужденно, «бунт» оставил без последствий, лишь приказал Дезету сдать пистолет.

Выживших наблюдатель опросил по-отдельности, вся информация, которая касалась «конуса» и «черты», осела в походном кейсе полковника.