Мертвые в прятки не играют

В какой-то момент она даже снисходительно подумала об одноклассницах: господи, до чего они запуганы! Сейчас она узнает все подробности дела, а потом они выберутся с этой проклятой виллы и тут же отправятся в полицию давать показания. Она позвонит французскому адвокату мужа, потребует, чтобы он срочно приехал сюда из Парижа. Они все ему объяснят, а после этого им и рта открывать не нужно будет – адвокат сам все скажет и сделает. А ей нужно поскорее вернуться к детям. Они, наверное, уже проснулись и недоумевают, куда могла подеваться их мама.

Она достала из кармана телефон и быстрым вороватым движением включила его. Ничего не произошло, никто не ворвался в комнату и не выхватил мобильный из ее рук. Только приятельницы как-то странно притихли.

– Я звоню нашему адвокату, – объявила Вероника. – Кстати, кто-нибудь знает, по какому адресу мы находимся?

Женщины переглянулись, а потом вдруг Юлия с силой ударила Веронику кулаком в предплечье. Телефон выпал из разжавшихся пальцев и затерялся в складках пододеяльника.

– Ты что?! – заорала Ника. – Я ведь хочу вам помочь!

– Себе помоги, дура, – сквозь зубы процедила Юля.

А Сашка бросилась к ней, ладошкой погладила по ноющему предплечью и заговорила быстро, как в юности, когда спешила рассказать какую-нибудь потрясающую новость:

– Никуша, пойми, мы ничего пока не можем сделать! Только во всем слушаться их. Ну, чего ты добьешься, если позвонишь? Нас приедут освободят, да? Но ты пойми, мы ведь даже не заложники, мы все делаем добровольно.

Заложники – это наши дети, родители, близкие. Там, в России, а теперь и здесь, твои. Можешь ты быть уверена, что сейчас снайперы не лежат у твоего дома, не держат на прицеле твоих детей? Что толку, если спасут нас, а их – нет? Умоляю тебя, подумай!

– Что же делать? – прошептала Вероника, цепенея от этих ужасных слов. – Что же нам теперь делать?

– То, что они приказывают, – с готовностью ответила Сашка. – В конце концов, нас не заставляют делать ничего ужасного, противозаконного.

Сейчас мы поедем к тебе, ты соберешь вещи, документы. Объяснишь как-нибудь детям и прислуге, почему должна уехать на время. А потом мы вернемся в Канны, но только не сюда, а в гостиницу. Ты согласна, Ник?

Вероника впала в странное оцепенение. Она даже головой не могла мотнуть.

– Ну, вот и славненько! – обрадовалась Сашка. – Сейчас мы вызовем такси и вернемся на бульвар Круазетт. Ты машину где оставила?

– У порта.

– ...И на твоей машине поедем к тебе.