Французское наследство

Особенно впечатляющим был результат. Оказалось, что до наших дней дожили лишь две русские ветви рода, но только одна из них шла по мужской линии. Именно к этой ветви принадлежал Он сам. Более того, на данный момент Он был единственным прямым потомком!

Какой инфернальный восторг почувствовал Он, когда все открылось!

Никогда ранее ему не доводилось испытывать ничего подобного.

На всякий случай Он проверил и ту, другую ветвь. Не выродилась. Не была истреблена в войнах.

Потомки Старика вообще были живучи!

Часть потомков по женской линии жила в России, но некоторые осели во Франции.

Узнав об этом, Он несколько занервничал, но вскоре выяснил, что переселение стало следствием вывоза немцами из завоеванных земель рабочей силы и далеко идущих целей не имело. Скорей всего, эти представители ответвления даже не догадывались, чьими потомками являлись.

Ну что ж! Все к лучшему!

Однако самое волнующее и интересное началось, когда стало понятно: велика вероятность, что доказательства признания Стариком своего отпрыска в качестве законного наследника – официальный документ и драгоценная диадема – сохранились.

Но где? Стоит ли начинать поиски, и если да, то ради чего?

Этот вопрос не давал ему покоя несколько месяцев, пока Он не осознал наконец, что это и есть его генеральная цель. НУЖНО найти документ, подтверждающий его принадлежность в великому роду.

Он – естественное продолжение Старика в этом мире!

И человечество должно об этом знать!

Справедливости ради, какое-то время Он считал свои устремления бескорыстным порывом соединить в вечности прошлое и настоящее, мнил себя исследователем тайн истории, желающим к ним приобщиться.

И только.

Но однажды вдруг понял, что виртуального приобщения недостаточно. Точнее, Старик сам сказал ему об этом, посмеявшись над глупцами, которые жаждут лишь величия и славы. «Деньги, деньги, все остальное приложится», – шепнул Старик и стукнул тростью о блестящий паркет залы в старом дворце в Компьене, куда явился, чтобы приветствовать нового патрона – Людовика Восемнадцатого.

И пусть Бурбоны не желали считать его автором Реставрации и своим благодетелем, напротив, высказывали что-то похожее на гадливость к перебежчику, – при них Старик не только не потерял дарованное Наполеоном, но и приобрел. Гораздо больше. Гораздо!

С этого момента цель жизни стала ясна, понятна и очевидна.

Он найдет документ, скрепленный печатью Старика, и драгоценную диадему с гербом Перигоров.