Королевская лилия

Сердечко у деда пошаливало. Вот только он давно не пил, еще с семидесятых. Конечно, умереть от сердечного приступа в восемьдесят восемь можно и без всякого алкоголя. Тогда почему депутат, вспоминая за столом обстоятельства смерти сторожа, так подчеркнуто напирал на то, что дед был пьян? Как он там сказал? «К великому нашему сожалению, принял неподобающе много крепкого алкоголя». Об этом вообще упоминать не стоило. Особенно в присутствии родственника. Может, депутат Евгений любит говорить правду? Даже горькую. Или именно горькую?

Предположим, дед ему не нравился.

Какие у Иваныча вообще были отношения с семьей Ольховских? Может, его тут обижали, вот сердце и не выдержало? С другой стороны, если все было плохо, почему он не уехал? Наплевать на квартирантов. Как-нибудь разобрались бы.

Нет. Насчет обиды явный перебор. Дед обиду терпеть бы не стал. Никогда и ни от кого. Жил, потому что нравилось. Природа, воздух, река. Работа. Да, и работа. Сидеть без дела дед ненавидел, а в городе ему пришлось бы куковать со старушками на лавочке.

Или снова вахтером в проходной, да и то навряд ли. Насиделся уже, как он говорил, сторожевым псом. А тут у него верстак, инструменты всякие, телевизор есть, холодильник. Значит, был при деле и устроился неплохо.

А собственно, почему он уверен, что Макар Иванович не пил? Ну, раньше не пил, а потом плюнул на здоровье и решил, что можно расслабиться. Или затосковал в одиночестве и запил. Когда они в последний раз разговаривали по видеосвязи, дед был весел, говорил, что у него все стабильно.

На сердце не жаловался. Хотя кто его знает! Даже по скайпу не всегда видно, что там с человеком происходит: болеет, грустит, трезв или выпил.

Проворонил он деда, вот и все дела. Теперь мается в сторожке на фанере. Да при чем тут фанера! Совесть уснуть не дает.

Алексей встал и пошел на лавочку. Курить.

Вечером за столом все высказывались о стороже хорошо. Но кто говорит об умершем плохо? Понять, как жилось деду на самом деле, уже невозможно.

Тогда чего он так парится? Пытается совесть свою убаюкать? Мол, не печалься, Лешенька, твоему деду было тут хорошо, просто замечательно. От этого он и помер. Тьфу!

Разозлившись на себя, Округин отправился спать, назло себе проспал почти до обеда, а придя в себя, решил сделать обход дедовых владений.

Обход

Обход немало удивил. Невысокий холм, на котором был построен дом, речка огибала, как оказалось, с трех сторон, просто делая петлю.