Пруд с золотыми рыбками

Именно с его легкой армянской руки Марфу направили на стажировку в лучшее издательство страны, а потом и в Англию. Именно он приказал ей послать к черту мужа-захребетника, отбил у него квартиру, на которую тот покушался при разводе, и велел больше не связываться с голоштанными снобами.

Марфа Тимошу слушалась и боготворила, что, впрочем, не мешало ей трепетать каждый раз, когда он вызывал ее в кабинет. Вот и сегодня у нее сразу засосало под ложечкой, когда секретарша Катя сообщила, что главред ждет ее у себя к двенадцати часам.

Володя, которого Марфа как раз поила чаем, сразу заметил, что она мандражирует, и поинтересовался, по поводу чего.

– Тимоша вызывает. Наверное, мне прилетит.

– За что, Зая?

– Откуда я знаю?

– Он самодур, что ли?

– Он армянин!

– И что? Это диагноз?

– Володечка, милый, лучше не спрашивай. Если останусь жива, сразу тебя наберу. Возможно, потребуется срочная эвакуация!

Володя засмеялся и обнял, крепко прижав к себе.

– Можешь на меня положиться, Зая. Я друга в беде не брошу.

Марфа чмокнула его в нос, выбралась из объятий и, схватив со стола бутерброд, выскочила за дверь.

Как все же хорошо, что у нее есть Володя!

Тимофей Данилович с утра всегда бывал не в духе, поэтому раньше полудня встреч не назначал: боялся, что поведет себя неадекватно. Когда Марфа зашла в кабинет, утренний кризис уже миновал и начальник встретил ее веселым кивком.

– Посадница, ты? Заплывай.

Марфа немного успокоилась. Марфой Посадницей шеф называл ее, только если бывал в духе. Она поздоровалась и забралась за стол для переговоров.

– Командировочка для тебя нарисовалась, Марфуша. Поедешь в Приозерск. Там ветерана одного выселяют из дома. Весь народ поднялся, а сделать ничего не могут. Кому-то из местной администрации место приглянулось. Вид с него, говорят, уж очень красивый. Ты у нас ветеранами занимаешься.

– Честно говоря, давно ничего на эту тему не писала.

– Ну так напишешь. Там не только написать, там помочь надо. Ветерану, конечно, а не оглоеду-чиновнику. Ты у нас дама пробивная, жесткая. За правду вступиться не побоишься.

– Чувствую себя пионером-героем.

– Так в этом ничего плохого нет. Не каждому, как говорится, дано право на подвиг. Поможешь ветерану и тему раскрутишь красиво. Ты это умеешь.

– А когда ехать?

– Завтра и поедешь.