Крест Шарлотты

– Ты так и не сказала, зачем и насколько туда едешь.

Антон пошел за ней и встал в дверях с почти обиженным видом. Как будто она собралась на экскурсию, а его с собой не пригласила. Лига нажала кнопку на чайнике. Тот сразу усердно загудел. Интересно, кофе еще остался? Хотя бы растворимый. Она потрясла банку. Пусто. Ну почему Антон никогда не заходит в магазин по пути! Ведь знает, что она три дня безвылазно просидела дома, проверяя студенческие курсовые.

– Кстати, кофе вчера закончился. Я хотел купить и забыл.

Все думал, зачем меня Крохин вызывает! Да еще не сразу, а в конце недели! У самого дома спохватился, но возвращаться уже далеко было. Ты не сердишься?

Лига пожала плечами. Разве она умеет сердиться? Антон подошел и чмокнул ее в шею.

– И вообще, надо поменьше пить кофе. Лучше завари чаю. Давно я чаю с медом не пил.

– Чай тоже закончился. Позавчера. И мед.

Тут она обнаружила пакетик с кофе – три в одном. Гадость страшная, но уже не важно. Кофе хотелось просто невыносимо!

Чайник выключился.

Лига высыпала порошок в кружку и налила кипятку.

– Ммм…

Антон потянул носом и заглянул через плечо. Сейчас попросит поделиться и отольет себе три четверти. Обычно Лига не сопротивлялась, но не сегодня. Сегодня ей так тошно, что просто необходима хотя бы толика радости. Пусть и в виде пакетика кофе «три в одном».

Внутренне удивившись самой себе, Лига довольно ловко пронесла кружку мимо мужа и пошла в комнату, прихватив по пути горсть сушек. С самого утра она не могла окончательно решить, стоит ли ей ехать в Латвию, хотя была уверена, что она нужна Инте, как никогда.

Конечно, уехать перед самой сессией – это свинство по отношению к коллегам. Потом полгода будут губы дуть. К тому же у Антона сейчас большая нагрузка. Ну как его одного оставить? Помрет от недоедания и обезвоживания. Он сам даже яичницу не пожарит.

Лига задумчиво отпила из кружки. Не такой уж плохой кофе, кстати!

– Я не понял, малыш, ты что, все решила без меня?

Антон встал в проеме двери и засунул руки в карманы штанов.

Так он делал всегда, когда хотел продемонстрировать крайнюю степень возмущения попытками ограничить его свободу или манипулировать чувствами. В сочетании с растянутыми домашними трениками возмущение выглядело комично. Лига посмотрела на сразу ставшее обиженным лицо мужа. Она как раз ничего не решила и весь день мучилась, к тому же…

– Да. Я поеду.

Сказала она и удивилась, насколько уверенно это прозвучало.