Мистика и ужасы. Часть 1

Её что, тоже разбил инсульт? Только не это? Она даже не сможет позвать на помощь! Она же одна!

Мать медленно подошла к изголовью и наклонилась к лицу дочери:

– Да, одна! Будешь вот так лежать и гнить заживо! Умрешь от жажды и голода! Никто к тебе не придет! Ты никому не нужна! Ты неудачница! А вот я никуда не уйду и буду наблюдать за тобой! Я не оставлю тебя! Ты ведь без меня никто! Мямля, рохля, неудачница! Ничего не умеешь! Мужа нет, детей нет! Кому ты нужна?

Мать говорила много плохого, всё, что слышала Марго всю свою жизнь.

Мать вспоминала самые неприятные и болезненные моменты из жизни дочери. Это была личная душевная пытка для Марго и прекратить её она не могла. Только с рассветом мать исчезла и Марго смогла пошевелиться.

Разбитая морально и физически стала собираться на работу. Уроки она провела еле-еле. Придя домой, решила подогреть кастрюльку с супом на плите, а сама решила посмотреть фильм. Очнулась от сильного запаха гари и газа. Попыталась быстро подняться и побежать на кухню, но голова закружилась и затошнило, успела надышаться газами.

Еле-еле добравшись до кухни, увидела, что весь суп выкипел, конфорка залита. Выключая газ, Марго заметила: конфорка была открыта на полную, хотя она точно помнила, что ставила суп на слабый огонь. Как же так? Неужели она всё напутала? «Растяпа!» – прозвучал в её голове голос матери. Марго резко затошнило и она кинулась в ванную. Её выворачивало наизнанку.

Ночью проснулась от сильного толчка в бок. Резко открыв глаза, увидела возле кровати мать.

– Что, растяпа? Решила покончить с собой и то не получилось? Только отравилась? Ха-ха-ха.

Марго снова не могла пошевелиться, ужас сковал её, голос не слушался.

– Нет, мама! Я хочу жить! Зачем ты так говоришь?

– Жить? – мать снова засмеялась. В этот раз её лицо было покрыто трупными пятнами и пахло от неё разложением. – Зачем тебе? Вот так помрешь одна, никто и не вспомнит, пока не начнешь гнить и вонять!

Мать злобно засмеялась, а Марго от запаха разложения стошнило прямо на пол, двигаться она не могла.

– Фу, ну ты и свинья! Всегда знала это, а теперь без меня совсем в грязи утонешь.

На утро Марго не стало лучше, она решила взять отгул на работе. Директриса поняла её положение и дала три дня отгула.

Но как Марго потом поняла, лучше бы она ходила на работу. Все эти три дня у неё в доме что-то ломалось, билась посуда, подгорал обед или был пересолен. А ночами мать приходила и обвиняла во всем этом Марго: критикуя, оскорбляя и обвиняя.