Дочери страха

Сквозь плотно сжатые губы он будто выплюнул в ее сторону:

– Не нужно мне угрожать, Ульяна Олеговна. Это чревато дурными последствиями.

– Почему Олеговна? – вконец растерялась Уля. – Я же Рэмовна.

– Никакая ты к черту не Рэмовна! – затрубил над ее головой отец. – Давай, дорогая, смотреть правде в глаза: твой отец, Олег Иванович Вяткин, умер в тюрьме десять лет назад! Твоя мать еще жива, но уже мало походит на человека ввиду вечного пьянства! Конечно, такое происхождение несколько оправдывает в моих глазах твою склонность ко всему дурманящему.

Ты говоришь, не виновата, что вас с другой девочкой перепутали в роддоме? Правильно, не виновата. И обижаться не на кого, потому что тебе невероятно повезло в результате этой путаницы! Не повезло той, другой девочке! Это она пережила все ужасы безотцовщины, нищей жизни, равнодушия алкоголички-матери, необходимости с самых ранних лет работать на самых грязных и опасных работах, чтобы хотя бы не умереть с голоду. А теперь выслушай меня и запомни раз и навсегда: Я НИКОМУ НЕ ДАЮ ДЕНЕГ ПРОСТО ТАК! И скажи спасибо, что я еще не требую от тебя возмещения долгов!

Отец швырнул перед ней на стол папку.

От резкого удара створки ее распахнулись, по столу рассыпались какие-то бумажки.

– Что это? – отшатнулась Уля. Она теперь была готова к любому подвоху.

– Здесь документы, связанные с тобой. Это – счета за лечение, когда мы пытались распрощаться с наркотиками. Расписки, которые давали мне владельцы разбитых машин, попавших в аварии из-за твоего неповторимого стиля вождения без прав.

Мировые договоры с владельцами клубов, баров, ресторанов после твоих дебошей. Мы с тобой в расчете, Ульяна. Что скажешь?

– Для тебя же это – капля в море, – не сдаваясь, твердила девушка.

– А ты отвыкай считать мои деньги! – грубо прикрикнул отец. – С этого дня все они принадлежат другому человеку. Тебе остается машина, без водителя, разумеется, так что очень советую получить права, прежде чем сядешь за руль. Также все наши с Надей подарки и, разумеется, месячное содержание, размер которого я еще не определил.

Сразу привыкни к мысли, что с нынешним оно не пойдет ни в какое сравнение. Но и с голоду ты не умрешь.

– А где я буду жить? – прошептала Уля. – Купи мне квартиру, пожалуйста! Я могу даже уехать в Америку и поселиться в нашем доме в Майами. Не буду мозолить тебе глаза. Или хотя бы в Монако. Ты согласен, папочка?

– Забудь об этом, – усталым голосом посоветовал ей отец.